— И ты убил того, кто должен помогать нам? Кто должен помочь покровителю вернуться в наш мир, набраться сил… Ты хочешь исполнить предназначение так скоро? Убить Люцифера?
— Я ничего не хочу. Я просто защищался, даже не зная точно, кем является Киор сейчас.
Ае’Оа вздохнула. Ветер ослаб, и воздух в комнате вновь застыл. Девушка отвернулась.
— Я не смогу многому тебя научить. Когда раны заживут, и ты окрепнешь — уходи отсюда. Нельзя позволить еще одной смерти случиться. Осин пойдет с тобой и поможет, чем сможет. Научит тому, что знает.
— Но…
— Магии Разрушителей я не хочу тебя учить. Киор был моим другом. Это будет несправедливо по отношению к нему.
Я опустил взгляд. Это было справедливо. Невозможно просить чего-то большего после того, что случилось. И все же, внутри так много… чувств. Слов.
Я промолчал. Хоть это далось нелегко. Ае’Оа кивнула и вышла. Остался только Осин. Оборотень сел на стул, не глядя ни на меня, ни куда-то еще.
— Прости, что так вышло, — пробормотал я.
— Ты стал таким слабым после потери рук? Или всегда склонялся перед другими?
— Я… — хотелось что-то ответить, но в этот раз слов не нашлось.
— Понятно. Не жду ответа, Вангр. Как бы там ни было, мне нужно будет тебя научить общаться с другими даже без рук. Быть может, не сразу сможешь, но калечность не должна тебе мешать.
— Постараюсь, — буркнул я, падая на окровавленную подушку.
Понятное дело, без рук я стал ничтожеством. Мне было сложно это отрицать даже перед самим собой, что уж перед другими… Если я упаду, я не смогу зацепиться ни за что. Если меня будут бить, я не смогу ответить…
Или мне теперь нужно прибегнуть к магии? Рухнуть перед ней на колени, умоляя простить за долгие годы презрения? Ха, тогда я стану еще более ничтожным.
Все, что остается в такой ситуации, — собрать остатки сил и приумножить их. Использовать магию, но не думая об извинениях. Делать то, что могу. И не бояться. Ведь мне больше нечего — без рук я уже стал тенью. Смерть не важна.
«Ты прав, Вангр», — прошептал в голове Ян.
***
Истории кончаются, а раны заживают. И то, и другое оставляет шрамы. Я уходил из поселения рампивов, так и не научившись почти ничему. У меня появился новый друг, и почему-то мне хотелось назвать его последним. А еще… последняя цель. Нагнать Айви. Попытаться вернуть то, что так важно.
— Куда мы пойдем? — спросил Осин, когда мы развели костер, чтобы обогреть свои кости.
— Куда?.. — задумчиво спросил я, оглядываясь.
Мошка не заставила себя ждать. Вон оно, пронырливое насекомое, которое в последнее время все чаще появляется перед моим носом.
И я прислушался к этому совету. Не знаю, откуда южанин знал то, что я не знаю… но его словам хотелось верить.
— Мы пойдем туда, — кивнул в сторону, показывая подбородком направление.
— Зачем?
— Нужно постараться вернуть одну беременную, сошедшую с ума девчонку.
— Понятно, — кивнул Осин. — Если это та девица, о которой я помню, нам придется торопиться.
— Скорее всего, — улыбнулся я. — Но ее всегда можно будет отследить, это не проблема. Она частенько будет оставлять позади трупы и пугающие байки.
— Ты ведь знаешь, в чем разница между старым вампиром и тем, что лишен клыков? — Осин мрачно ткнул палкой в угли. — Твои раны будут заживать плохо, даже если пить кровь. Если девица отгрызет твои ноги, ты можешь легко умереть от заражения крови… или ее потери. Старый вампир мог бы выжить, даже если у него выпали клыки. Но ты… искалечен. И ты слаб. Будешь таким до конца жизни.
— Я убил одного вампира без клыков, — усмехнулся я. — И я не забуду, какую судьбу он мне подарил. Именно поэтому ты здесь, Осин, верно? Чтобы я не сдох как идиот?
— Почти, — мягко улыбнулся оборотень. — Этой ночью будет холодно. Нам нужно обогреться.
— Как крысы зароемся в мусор. Он греет лучше всего, — вздохнул я, жалея, что не могу запахнуться в плащ получше. Ветер пронзал.
Пронзал — как, наверное, мог бы пронзить клинок Осина. Короткий меч, зажатый в ножнах, заботливо накрытый полой плаща. Каждый раз, когда я смотрел на это оружие, амулет Плачущего на груди странно вздрагивал. И даже не было возможности достать его из-под рубахи, чтобы понять, в чем дело…
— Осин, обнажи клинок, — попросил я, неожиданно для самого себя.
— Пожалуйста, — вежливо ответил оборотень, плавно вынимая меч и направляя его острием на меня.
— Красиво, — прошептал я, внимательно разглядывая металл.
На нем виднелись странные разводы. Будто разноцветные жилки. Это не обычная сталь, но и совершенно не похожа на святую.
Я смотрел, чувствуя, что амулет Спящего дрожит все сильнее. И в какой-то момент все мое внимание полностью ушло в меч. В плавность его линий, остроту лезвия…
