Хотя не мне это говорить. Я все еще за убийства. Пусть и не в такой ситуации.
После стычки с бандитами мы шли молча и угрюмо. Ну, не все. Я наплевал на случившееся, хотя зад все еще ныл. Лила в общем-то была по-обычному беззаботна. Пусть только внешне, но все же. Адель… да, она шла и как воды в рот набрала. Причем, будто буквально. То морщилась, то кривила лицо, раздраженно пинала камни под ногами… Всячески демонстрировала собственную раздраженность.
Я периодически отмахивался от странной назойливой мошки, летавшей перед лицом. Та все норовила попасть в глаза, и если мой, родной глаз был не очень рад такой перспективе… Кажется, паразит, которого мне подсадил Джордан, испытывал странный интерес. То есть, понятное дело, подобная мысль не могла ко мне прийти просто так. Каждый раз, когда насекомое приближалось к лицу, в левом глазу будто что-то готовилось к охоте. Странно зудело. В какой-то момент я не выдержал и закрыл часть лица рукой.
— Ты в порядке? — спросила Лила.
— А то, — отозвался я. — Не переживай, милашка, все чудесно.
— Смотри мне.
Усмехнувшись, опустил руку. Мошка все не отставала, но теперь увеличила дистанцию между нами. За что я и был благодарен.
Почесал рыжую башку. Было бы хорошо помыться. Но…
— Айви, ты случайно не захватила те минералы, которые вампиры добавляют в воду?
— Взяла.
— Отлично. Доберемся до города и одолжишь их ненадолго. Помыться хочу.
Да, у вампиров тело пачкается медленнее. Пот имеется, но его очень мало, и выделяется он от крайних нагрузок. Хотя это индивидуально. У многих, слышал, вообще отсутствует. Не могу сказать, что я сам много потел. Но… мда. Башка-то все равно в пыли минимум. Желания развести в волосах гнездо жуков не имел никогда.
Просто так по дороге идти было скучно. Но утешало одно — я знал, что до ближайшего города еще максимум дня два пути. Если бы с Лилой не останавливались для отдыха, и того меньше было бы. В Файльге не любили затяжные перевозки. Много разбойников, да и страна не такая большая.
Варвары не имели единого государственного строя. Но и войн тоже у них не было. Каждая деревня жила относительно самостоятельно, решая проблемы с помощью торговли и переговоров, не дающих толку в долгосрочной перспективе. Старосты менялись, вместе с ними и быт. Слышал о деревнях, живущих грабежом. Учитывая, что в Файльге часто пытались построиться те же холивритовцы, товаров для грабежа хватало.
Об этом я знал преимущественно из головы Яна. На корабле вампиры много обсуждали. И Некрос часто рассказывала что-то такое своему экипажу, чтобы вдохновить их или подготовить к чему-то. Так что я чувствовал себя относительно в своей тарелке.
— Вангр, ты еще не голоден?
— М?.. — поднял взгляд от земли к Лиле. — Да вроде как голоден.
Гномка подобралась ближе, усаживаясь совсем рядом и подставляя шею. Я хмыкнул, наклонился, быстро прокусывая кожу. Сладковатая кровь одурманила мозг не хуже вина. И сделала это быстрее, чем выпивка.
— Как думаешь, это правда бессмертие без права на ошибку? — спросила Лила, поправляя ворот курточки.
— Ага. Вроде того, — кивнул, утирая губы. — Душа прочно прилипла к телу и полностью его питает. А для энергии берет магию из воздуха. Случись такое с тобой раньше, когда Темные Леса еще существовали, пришлось бы туго рано или поздно. А так, сейчас ты можешь восполнять силы через дыхание. Так что все хорошо, не переживай.
— Ну ладно, успокоил…
— Меня больше интересует, зачем это сделали с тобой. Тот демон что-то сказал тебе?
— Просто предупредил, что рано или поздно я должна буду вернуть долг. Больше ничего. Даже не объяснил, что именно сделал.
— А когда это было? Еще до Лесов, да?
— Незадолго до их появления. Чуть до того, как умер Люцифер.
— Интересно. Ты тогда была совсем молодой?
— Да я и сейчас, по правде сказать, — рассмеялась Лила.
Усмехнувшись, я зевнул. Эх, все же, гномка не застала те же времена, что и я. Я погиб в разгар войны с Люцифером. И существовал в виде призрака, выходит, все время существования Темнолесья. Гномка знает, каково это — жить в мире без магии, а я лишь знаю, что бывает, когда воздух пропитан магией, а на ночном тракте тебя может сожрать неугомонный гуль.
Выходит, в целом в этом мире я живу больше пятидесяти девяти лет. Примерно девятнадцать лет существования Темнолесья, когда я был неприкаянной душой. И сорок в теле. Неплохо. Жаль только, что призраку особо нечем заниматься.
— Голубки, не пора ль в дорогу? — спросила Адель, с недовольством разминаясь.
— А ты, поди, торопишься сумки потащить?
— Не люблю сидеть на месте. Тем более…
Что «тем более» договорить она не успела. Я вновь заметил мошку перед лицом и, выматерившись, отмахнувшись, поднялся на ноги.
— Прихлопнуть ее не пробовал? — со скепсисом поинтересовалась вампиресса.
— Если ты такая умная, то валяй, вперед, сестрица. А я не буду тратить время.
Протянув руку Лиле, я помог ей подняться. Скорее жест дружелюбия, нежели необходимость.
