Пожалуй, в тот день, Харрис Вайх в первый и единственный раз сообщил, что гордится мной. Не такими словами, правда. Как же он сказал? Ты не так уж и безнадёжна? Кажется так.
Но по своей глупости и молодости услышала: "Горжусь тобой, Даниэль. Не зря я решил принять тебя в свою семью".
Вот она слепая дочерняя любовь во всей красе!
- Этого не может быть! Даниэль не якшается с этим человеческим выродком! – продолжил возмущаться отец, но радости от его защиты не испытала ни на йоту.
- Можете отрицать это сколько хотите Харрис. Это факт! Последние несколько месяцев она проводит именно в его спальне. Можете спросить у её камеристки, которая каждую ночь покрывает свою подопечную. Хотя за неплохую недвижимость? Легко сдала дуарэ Вайх.
Казалось, отца сейчас хватит удар, хотя он слишком молод для такого. Но кто знает? Он побледнел и тяжело задышал, а я всё так же не знала что делать. Можно было отыграться на мазель Форит, которая уже пару лет притворялась мне чуть ли не матерью, но какой в этом смысл? Подкупили её или нет, не думаю, что у неё был хоть какой-то выбор.
"Ты как обычно Дани", - устало проговорила Лотти, давая знать о своём незримом присутствии. Что немного успокоило меня. – "Не понимаю, как ты можешь всё ещё верить в других, когда тебя воспитало это чудовище! "
А как иначе? По-другому не могу.
Но хотя в чём-то Лотти и права. Только вот она была со мной, сколько себя помню. Оказывая мне так необходимую поддержку. А потом и Джеки со своим неизменным оптимизмом и неуёмной жаждой приключений. Именно они дали мне… надежду. Не дали сойти с ума. Позволили остаться собой. Хотя бы чуточку. Выжить в кошмаре моей жизни, который устроил… отец. И мир, в котором я выросла.
- У вас есть доказательства? – сухо уточнил первый советник.
- Нет, у меня их нет, - усмехнулся дуаль Нерик. – И это лишь доказывает то, что магистр Вуд недаром получает такую заработную плату и так ценится в Ривене. Но могу поклясться своим сыном, что мазель Форит призналась мне на артефакте истины во всём. В том, что ваша дочь из ночи в ночи спит с этим магом. В том, что зачастую, когда не знает, что её слышат, говорит о нём сама с собой. О том, как привязана к нему. Что надеется, что это взаимно. Что она любит…
- Заткнитесь! – не выдержал отец.
- Клянусь своей кровной линией, что всё сказанное мной - это чистейшая правда, - не стал его слушать третий советник, давая магическую клятву, которая тут же взмыла в воздух красным черепом с золотистым оттенком.
