Светлов материализовал стопку листов: «Псионический бар? Интересно было бы взглянуть на её интерфейс. Вдруг он кардинально отличается от моего? Что бы такого использовать?» Он показал верхнюю надпись. Каждый из тоталитаристов посмотрел на надпись, на которой значилось — умри. А следом началось представление. Из пространственных карманов доставались ножи и пистолеты. Раздалась канонада выстрелов. Завороженные люди вонзали острые предметы в глазницы, пробивали виски, вспарывали горла. «Ну нихрена же себе! — восхитился Олег. — Какой же у неё ранг с такими способностями?» Прошло пару секунд. В десятиметровом радиусе валялись люди. Вся земля была забрызгана кровью и ошметками мозгов.
— Идём, — спокойно сказала Мадьяна и схватила Светлова за руку. — Сразу же убей меня и возвращайся к Демиду.
Они сделали два шага. Сплит разорвал женщину на части. Краем глаза Олег заметил, как поморщился страж. «Зато я теперь точно уверен, что она не преобразившаяся. Хотя у меня были опасения,» — подумал Светлов и вернулся на территорию оплота. Вслед ударили пули. Они, не причиняя никакого вреда, разбились о незримый барьер.
Мадьяна вернулась через полминуты. Красивое и суровое лицо ничего не выражало:
— Всё нормально. Пусть свободен. Вот только нас сразу же попытаются убить. Но нам это и надо.
Олег оттолкнулся от земли, вставил в рот перчатку и выстрелил. Мимолетная вспышка боли сменилась сообщением:
Светлов представил знакомый подъезд: «А ведь с этим местом у меня много чего связано. Здесь я провел последние секунды инициализации с какой-то девушкой. Её, вроде бы, Леной звали. На крыше дома видел смерть девочки с хвостиками. Здесь же появился после процедуры. Тут убил первых восставших и познакомился со старым псиоником. Уже и забыл, как его зовут. И именно благодаря нему я провел много лет в безвременье. И тут же умудрился обзавестись личным врагом».
Олег появился на пятом этаже. В грудь сразу же ударилась поисковые лучи. Классовая способность обрубила ведущие к нему нити. Светлов активировал Последнюю месть: «Десять секунд. Не более. Каждые три секунды буду переводить таймер».
Атмосфера в подъезде была странной. Спертый воздух не позволял вдохнуть полной грудью, в голове почувствовалась пульсация, а в нос ударил запах испражнений. Олег неспешно начал спускаться. Он материализовал меч и перегнал в перчатку половину бара маны.
Когда он прошел первый пролет, увидел исхудавшую девушку. Она лежала с открытым ртом. По щеке тянулась струйка слюны. Из глаз стекал гной, образовавший небольшую лужицу. Светлов сделал шаг назад — плененная незнакомка исчезла. «Понятно. Работает какой-то ментальный щит, — проанализировал Олег. Он вернулся и тут же пробил её сердце Сепаратумом. — Ты свободна!»
Остатки одежды на девушке растворились — вскоре должен был появиться новый восставший. Уши пронзил громкий рев, переходящий в ультразвук. Светлов инстинктивно отпрыгнул. В последнюю секунду он успел переключить таймер Последней мести. «Что такое, твари, заметили меня?» — ухмыльнулся отсекатель.
Он выбил ближайшую дверь, из-под который просачивалась отвратительная субстанция: «Да твою мать!» Грязные тела валялись бесформенной кучей. От стоящего смрада слезились глаза. Олег выпустил несколько десятков физических зарядов. Плоть разлеталась на части. Снова раздался истошный рев.
Сердце неестественно запрыгало в груди. Казалось, что чья-то невидимая клешня схватила его и начала сжимать. Рядом ощущалось присутствие какой-то твари. Инстинкты вопили, что пора уходить. Отсекатель попытался приставить Сплит к виску. Руки, вырванные незримым монстром, отделились от тела. Светлова что-то подняло в воздух. В голове раздался голос:
— Прощай, личный враг!
— Встретимся ещё! — успел крикнуть Олег.
«Так вот, что сделал Гамель, когда умирал! — вспомнил Светлов. — Хмурый ведь говорил, чтобы я подумал над этим. Зато теперь всё стало понятно».
