Олег поджал губы, когда увидел, что свойства кольца убило семь женщин. «Зато я спас двести шестнадцать человек. И кто-то ещё освободится благодаря восставшим и обрушениям. Да и направленность у меня сильно подскочила. Значит я всё правильно сделал, — попытался убедить себя Светлов. Он понимал, что под завалы могли попасть и другие люди, количество жизней которых опустилось до нуля. Мимолетно пронеслась мысль возродиться на этом же месте и устроить ещё один локальный армагеддон. — Нет. Мы придём сюда большой группой. И придем очень скоро. Сейчас нельзя рисковать. И что-то слишком много людей в плену. А сколько сейчас находятся в локации? Их ведь может быть тысячи…»
Отсекатель появился у границы оплота. Олег, затрачивая очки праны, рванул к холму, где его уже поджидали Демид с Мадьяной.
— Ну как? — спросил Светлов. Он не успел активировать классовую способность, но в грудь поисковые лучи больше не били. Военные непонимающе оглядывались. На губах появлялись улыбки. — Всё хорошо?
— Эй, тоталитаристы, у вас всё хорошо? — заорал страж. Ему ответил нестройный хор голосов. — А у тебя что случилось? Выглядишь так, будто тебя в унитаз окунули.
— Хмурый ещё на месте? — задал вопрос Олег, направляясь наверх.
— Ну да. Куда же он денется, — ответил Демид, нагоняя Светлова. — Что у тебя случилось?
— Времени мало! Локация высасывает у пленных возможности возрождения. Счет может идти на часы, если не на минуты. Надо срочно выдвигаться. Потребуются все силы. Мадьяна, ты остаешься здесь!
Страж схватил Олега и женщину под локоть:
— Будет больно!
Они телепортировались к кунгу. Светлов почти ничего не почувствовал, но Мадьяна начала тяжело дышать. Сосуды на её глазах полопались, из-под кожи проступили вены. Она ничего не сказала, лишь слегка кивнула Демиду.
Хмурый держал на руках Гравицапу, рядом сидел Горбоносый. Бизнес-леди слабо стукнула последнего по голове. Сюзерен тоталитаристов очнулся. Олег стал бегло обрисовывать ситуацию. У Глеба Геннадьевича зашипела рация. Один из адептов ордена рассказал, что около наблюдаемой локации обрушилась часть дома.
— Понял! Докладывайте обо всех изменениях, — сказал Хмурый в микрофон и посмотрел на отсекателя. — Дальше что? Какой уровень у локации?
— Я не смог пройти в этот портал. Какой-то моб снова выбрался из него и обездвижил меня. Нам срочно нужно зачистить это место!
— А ты прям благородный рыцарь! — съязвил Горбоносый. — Спасать дам собираешься. Ты не забывай, что у тебя перед армией долг. Сперва с нами расплатись. Отработаешь всё, и можешь катиться на все четыре стороны.
— И какой же это у меня долг? — Светлов мило улыбнулся. — Давай, расскажи.
— Ты лишил нас зелий, лент, экипировки. Для твоей поимки сорвались со своих мест почти пять тысяч человек. Из-за этого мы потеряли несколько кварталов на юге. Там закрепились анархисты. И теперь…
Олег материализовал один из листов, на котором была надпись: «Замри». Горбоносый и мастер ордена застыли.
— Малышка, пройдись по вот этому недоразумению, — Светлов указал на военного, — тариумным сплавом. Три минуты хватит. Пусть подумает над своим поведением. Мадьяна, ты можешь освободить Хмурого?
Женщина подошла к старику. Гравицапа вонзила коготь в колено тоталитариста. Сплав с легкостью разрезал офисную форму и кожные покровы.
— Он ведь меня слышит? — спросил Олег. Мадьяна кивнула. — Хорошо. Слушай меня внимательно, армеец, — он подошел вплотную и посмотрел немигающим взглядом в глаза. — Сейчас тебе будет больно. Очень больно. Ты запачкаешь одежду, тебе будет казаться, что в твои кости вливается раскаленный свинец, а зубы стачиваются напильником. Это непередаваемые ощущения. Поверь, я знаю это! И ты не сможешь сбежать. И умереть не получится. Потому что ты находишься в оплоте. После того, как ты придешь в норму, ты поклянешься, что от тебя, от других сюзеренов и их вассалов не будет никаких проблем. Мы мирно разойдемся и забудем друг о друге. А если ты не сделаешь этого, боль продолжится. И я не знаю, сколько ты сможешь выдержать. И не смотри на меня с такой злобой и недоверием, — Светлов подождал несколько секунд. — Вижу, что твои зрачки начали расширяться. Это первые симптомы. Через три минуты мы ещё раз поговорим.
— Олег, прекрати! — сказал Хмурый. — Он переговорщик. Я обещал, что ничего не случится. Его нельзя…
— Можно, — перебил Светлов. — И ведь достаточно было просто мирно разойтись. И процесс не получится остановить. Вопрос с развоплощением их кодлы уже решен. Все будут живы и здоровы. Насчет счастливы — я бы поспорил. Но об этом я поговорю с их главным начальником. Он, как я понимаю, заперт в вампирском логове.
Из динамика раздался голос:
— Мастер Хмурый, уровень локации упал на восемь единиц. Жизни всё также отнимаются каждую минуту. Пишут, что нужен человек с печатью врага. Локация огромна. При гибели если возможность вернуться в начало и выйти из неё.
