Скорчив гримасу, Джесс сунула руку под полотенце, чтобы стянуть трусики бикини, а затем направилась к раковине, чтобы открыть краны. Она не будет носить их еще двадцать четыре часа, предварительно не простирнув. Джесс сунула их под воду и нахмурилась, заметив, что они немного потрепались. Похоже, материал зацепился за края иллюминатора, когда она протискивалась через него. Были некоторые пробеги с обеих сторон, и материал вокруг эластичной отделки оттягивался от швов.
Вздохнув, Джесс схватила бутылку жидкого средства для мытья тела, плеснула немного и принялась скрести трусики. До этой поездки она никогда не считала моду очень важной. Одежда всегда была просто необходимостью, но не тем, что определяло человека. Однако ее гардероб в данный момент, казалось, полностью определял ее: отсутствующий, изношенный, а не ее. Это была она и ее жизнь в данный момент, лишенная почти всего, что она привезла с собой, усталая и измученная от преследования со стороны пиратов, и ни с чем личным… ну, за исключением бикини. Рубашка, в которой она была вчера вечером, и полотенце, в котором она была сейчас, были одолжены. Этого было достаточно, чтобы заставить ее пересмотреть свою позицию. Одежда была безумно важна, и не иметь ее было неприятно и неловко, и в основном больно.
На самом деле, Васко не играл честно, забирая всю ее одежду вот так. Она все равно застряла бы здесь, если бы он просто взял ее паспорт и бумажник со всеми ее удостоверениями личности и банковскими картами, но, по крайней мере, она не бегала бы в полотенце и бикини, которые начали немного изнашиваться от постоянной носки. Если этот человек когда-нибудь до нее добреется, она бы выслушала его по этому поводу. Не говоря уже о других вещах, вроде тех слов, что он сказал утром на балконе.
— Ты играешь в недотрогу, — пробормотала Джесс себе под нос с отвращением. «Серьезно, он думал, что она это делает? И что это была за фраза о том, что он не может устоять перед спутницей жизни и что она принадлежит ему? На самом деле, этот комментарий был немного пугающим для нее; в основном потому, что она, казалось, находила трудным сопротивляться ему… по крайней мере, когда он прикасался и целовал ее, а не разговаривал».
С другой стороны, у нее, казалось, была такая же реакция и на Раффаэле. Ну, несколько иначе. Он никогда не целовал и не прикасался к ней, таким образом, но судя по ее физической реакции, когда он брал ее за руку или просто ощупывал ее синяки и все такое, она думала, что сможет испытать те же чувства. Сны были довольно горячими. К сожалению, не так горячи, как настоящие поцелуи Васко. Это было умопомрачительно. Буквально. В тот момент, когда их губы встретились, Джесс потерялась в вихре страсти, не обращая внимания ни на что, кроме своей потребности и желания утолить ее.
«Но, конечно же, она могла бы иметь это с кем-то еще», — в отчаянии подумала Джесс. С кем-то кто не ходил вокруг, кусая людей и высасывая их кровь? И кто был бы добрым и милым, как Раффаэле, и таким же хорошим. Но он, казалось, не интересовался ею в этом смысле. Он всегда был с ней настоящим джентльменом, брал ее за локоть, чтобы сопровождать, танцевал, не прижимая ее к себе, и никогда даже не пытался поцеловать ее».
Джесс сполоснула свои бикини, отжала и повесила сушиться на вешалку для полотенец. Затем она подошла к ванне, выключила краны, бросила полотенце и вошла в воду. Легкий вздох сорвался с ее губ, когда она опустилась в теплую воду. Казалось, что впервые после вчерашнего пиратского корабля ее мышцы расслабились… и она нуждалась в этом.
Раффаэле закрыл глаза, сосредоточенно прислушиваясь, но не услышал ни звука, даже легкого всплеска. Открыв глаза, он посмотрел на дверь ванной и постучал пальцами одной руки по ноге, раздумывая, стоит ли ему постучать в дверь. Джесс пробыла там довольно долго. Она могла заснуть в ванне и случайно утонуть. Но он сам предложил ей долго отмокать, так что она могла просто расслабиться там. С минуту он обдумывал эту мысль, представляя ее себе. Джесс лежала голая в ванне, теплая вода ласкала ее тело, ласкала грудь…
Облизнув губы, Раффаэле уставился на дверную ручку, его рука потянулась к ней. «Надо убедиться, что с Джесс все в порядке», — подумал он и замер, услышав легкий всплеск за дверью. Она не спала, и ей не грозила опасность утонуть; она просто отдыхала в теплой воде… голая и мокрая. Его пальцы продолжали сжимать металлическую дверную ручку, когда он услышал, как в соседней комнате открылась дверь, и раздался шепот Санто, а затем смех Заниполо.
Отдернув руку, Раффаэле повернулся и поспешил в гостиную, думая, что его кузены только что спасли его от того, что, вероятно, было бы большой ошибкой.
— О, привет, ты проснулся, — с удивлением сказал Заниполо, когда Раффаэле вошел в комнату и поставил три больших пакета на обеденный стол у раздвижных стеклянных дверей.
— Конечно, — ответил Раффаэле, подняв брови. — А почему бы и нет?
Заниполо пожал плечами. — Я подумал, что, может быть, пока мы ходили по магазинам, ты захочешь заключить сделку с Джесс.
