Хотя Джесс и была отвлечена тем, что обнаружила, она не была уверена, что именно Раффаэле сделал тогда, чтобы вызвать у нее такую реакцию. Как будто вторая волна наслаждения прокатилась прямо рядом с волнами, которыми она уже наслаждалась. Но прежде чем она успела всерьез задуматься об этом, Раффаэле попытался оттолкнуть ее руку. Но Джесс сопротивлялась и вместо этого притянула его эрекцию ближе, направляя его туда, куда она хотела. Получив сообщение, он сразу же перестал ласкать ее, но также прервал их поцелуй и отстранился, чтобы посмотреть на нее.
— Ты уверена? — спросил он, и его тело напряглось, как прут.
Джесс даже не задумалась. Она дрожала от желания, с ее тела капало желание. Она знала, чего хочет. Она резко кивнула и потянула его голову вниз, чтобы вернуть его губы. К ее большому облегчению, даже когда он наклонил голову, чтобы поцеловать ее, он обхватил ее бедра, а когда его язык проник в ее рот, он также проник в ее тело. Это был двойной удар, который заставил ее закричать ему в рот, когда ее тело сомкнулось вокруг него, ноги обвились вокруг его бедер, руки вокруг его шеи, ее губы отчаянно сосали, когда он отодвинулся, а затем снова вошел в нее.
Мозг Джесс тут же отключился, он был способен только справляться с растущим удовольствием, пронизывающим ее, и не мог больше ни о чем думать. Она смутно осознавала, что он переступил с ноги на ногу и вдруг оказался в своем кресле с прямой спинкой, а она — сидящей лицом к нему на коленях. Его руки призывали оседлать его, а затем одна из них скользнула между ними, чтобы снова прикоснуться к ней, и Джесс закричала, когда эта едва начавшаяся ласка толкнула ее через край. Ее освобождение ударило по ней с силой цунами, так что она едва ли осознавала, что крик Раффаэле присоединился к ее собственному, прежде чем темнота ворвалась, чтобы стереть ее сознание.
Джесс потребовалось некоторое время, чтобы сориентироваться, когда она проснулась. Поначалу она понятия не имела, где находится и как сюда попала, за исключением того, что сидела, прислонившись к чему-то, а не лежала. У нее также не было сил двигаться. Ее тело все еще дрожало, как струна арфы после того, как ее сорвали. Эта мысль заставила ее задуматься. Все еще дрожало? О. Право. Она и Раффаэле …
Джесс открыла глаза. Они сидели за обеденным столом в гостиной мужского номера. Так вот, Раффаэле сидел за столом; она все еще сидела у него на коленях, лицом к нему, прижавшись всем телом к его груди, ее голова опиралась…и изо рта текла слюна на его плечо.
Поморщившись, она закрыла рот, а затем глаза, чтобы оценить ситуацию. «Так, ладно, у нее только что был лучший умопомрачительный, потрясающий секс в ее жизни. Это было хорошо, да? Так что Васко не должен быть таким искушением снова, если он доберется до нее. Это делало жизнь немного менее страшной. Зная, что у нее есть к чему обратиться, она должна быть в состоянии противостоять соблазну вампира-пирата и не стать его бездушной вампирской/пиратской невестой, бродящей по открытым морям, питаясь бедными ничего не подозревающими туристами».
«Определенно хорошо», — решила Джесс и слегка покачала головой. Она не была застенчивой. Она встречалась в средней школе и университете, и занималась сексом с несколькими разными парнями по пути. Она считала себя опытной, и ей казалось, что, по крайней мере, двое из ее любовников в прошлом были супер искусны. Но она никогда прежде не наслаждалась сексом настолько горячим и страстным, что он оставил ее безмозглой, дрожащей массой ближе к концу, а затем бессознательной, как только все закончилось. «Боже Мой! Что это было? Сначала Васко превратил ее в безмозглую дурочку, а теперь Раффаэле просто взорвал ее разум полностью. Это были мужчины? Или у нее была опухоль или что-то, что вызывало выброс гормонов, которые заставили бы секс с любым мужчиной казаться всем этим?»
Джесс нахмурилась при этой мысли. Если бы только Васко или Раффаэле так повлияли на нее, это было бы одно. Но то, что оба вызвали такую реакцию в ней почти одновременно, было подозрительно. У нее могут быть серьезные проблемы со здоровьем.
— Джесс? — Этот шепот у ее уха сопровождался тем, что его рука медленно скользнула вверх по ее спине.
Ласка заставила ее застонать, когда ее тело с готовностью отреагировало на прикосновение. Джесс была совершенно уверена, что если бы это было возможно, то ее кожа сама бы оторвалась от тела и обернулась вокруг него, как одеяло. Честно говоря, его прикосновение оставляло за собой покалывающую дорожку, заметила она, когда его рука остановилась и начала спускаться вниз, что, вероятно, должно было быть успокаивающей лаской, но просто чертовски возбуждало ее.
