Как только Джесс подумала об этом, его язык выскользнул и пробежал между ее пальцами. Это действие оставило ее разум пустым, но не тело. Оно напряглось, каждая мышца и даже соски, даже когда что-то в ее сердцевине смягчилось, как подогретое масло, и начало таять, посылая жидкий жар вниз. Она не осознавала, что ее рот слегка приоткрылся, пока он внезапно не поднял голову и не наклонился через стол, чтобы завладеть ее губами.
Все началось со сладкого прикосновения его мягких губ к ее губам, которое произвело почти электризующий эффект, а затем взорвалось жаром и страстью. Его язык заполнил ее рот, его губы жадно склонились над ее губами и лишили ее способности думать о чем угодно, кроме желания, внезапно сотрясающего ее все возрастающими и всепоглощающими волнами.
Джесс чувствовала, как его руки тянутся к ней, но все еще не была уверена, как она оказалась лежащей по диагонали через стол, в то время как он остался сидеть. Но это положение позволяло его рту пожирать ее, в то время как его руки свободно блуждали по ее телу. Он ласкал ее груди через тонкую футболку, разминая и массируя жаждущую плоть, и терся о ее возбужденные соски, дразня их до состояния гальки, которое было почти болезненным, прежде чем спуститься, чтобы обхватить ее между ног.
Джесс вскрикнула, когда его пальцы крепко прижались к ней, нетерпеливо потирая ткань ее шорт и трусиков, преграждающих ему путь, когда его язык входил и выходил из ее рта. Когда он внезапно встал, она схватила его за плечи. Ее верхняя часть тела выпрямилась, когда он повернул ее ноги, пока она не села на край стола перед ним.
Она застонала от отчаяния, когда он прервал их поцелуй, а затем ахнула от удивления, когда ее футболка на мгновение закрыла ее лицо, но затем исчезла, пролетев по воздуху. Раффаэле ненадолго замолчал, его взгляд пожирал то, что он открыл своему взору. На его лице не было удивления, что она не надела лифчик, но тогда он, вероятно, почувствовал его отсутствие, когда ласкал ее через футболку, предположила она, а затем позволила своим мыслям улетучиться, когда он снова поцеловал ее. Джесс нетерпеливо ответила на его губы, страстно целуя его в ответ, а затем его руки скользнули вверх по ее животу и завладели ее грудью преграды на пути.
Джесс ахнула и слегка подпрыгнула на столе от прикосновения, а затем выгнулась в ласке, ее ответ на его поцелуи становился все более яростным и требовательным, когда он разминал жаждущую плоть и дразнил твердые соски. На этот раз, когда он прервал их поцелуй, она не застонала в знак протеста. Вместо этого она откинулась назад и выгнула грудь вверх, предлагая ему себя, когда он наклонил голову, чтобы поймать один возбужденный сосок между губами и начал покусывать и сосать его.
Застонав, Джесс подняла руку, чтобы обнять его за шею, и наклонила голову, чтобы поцеловать его в макушку, бормоча что-то ободряющее. Она рассеянно отметила, что его волосы были чистыми и приятно пахли, а затем его рука скользнула между ее ног и начала снова потирать ее половые губы. Она снова откинула голову назад и взволнованно вскрикнула, ее попка приподнялась со стола, а ноги раздвинулись шире, чтобы он мог встать между ними, лаская ее. Небольшая дрожь пробежала по ее телу. Она почти дрожала от возбуждения, признала какая-то часть ее разума, а затем Раффаэле заставил ее лечь на стол и отпустил грудь, которую сосал, чтобы выпрямиться и стянуть с нее шорты и трусики.
Джесс села в тот момент, когда осталась голой, и потянула его голову назад для еще одного поцелуя, прежде чем он закончил отбрасывать трусики в сторону. Раффаэле ответил на ее требование. Его рот завладел ее губами в обжигающем поцелуе, а затем его рука снова оказалась между ее ног, и она закричала ему в рот, когда его пальцы погрузились в ее возбужденную плоть, находя центр ее возбуждения и крепко обхватив его. Тело Джесс с готовностью откликнулось, ее бедра дернулись навстречу прикосновению, а ноги сомкнулись вокруг его ног.
Отчаянно желая покончить с этой сладкой пыткой, Джесс потянулась к пуговице джинсов Раффаэле и сумела быстро расстегнуть их. Она даже не потрудилась снять их. Вместо этого она вслепую провела рукой по хлопчатобумажным трусам под ним, а затем скользнула рукой внутрь, чтобы найти и сжать ожидающую там эрекцию.
Боже милостивый, он был тверд как камень, заметила она, когда ее рука скользнула по нему. И хотя он не был огромным в длину, ничего сумасшедшего, но у этого мужчины был какой-то серьезный обхват. Ее пальцы не встретились, когда она сомкнула свою руку вокруг него и скользнула по его твердости.
