— Совсем ты без мозгов, я погляжу. — прицыкнул Даян, поражаясь, откуда у потрепанного и почти умирающего Эринара вдруг силы болтать нашлись, — Загрязнение и заражение разные вещи, болван. — и стукнул бестолкового ученика по голове, — Как можно не знать таких простых вещей? Это было во введении учебника, который ты сейчас проходишь. — поморщился, разминая уставшие пальцы, и принялся за плетение нового заклинания.
— Кто вообще читает введение? — негодующе хрипнул Степан, облегченно выдохнув. Убивать его не станут, ну и хорошо.
Даян что-то проскрежетал в ответ, мол, что за молодняк нынче пошел. Степан глядел на серое небо сквозь приоткрытые веки, магия и заклинания Даяна неприятно щекотали внутри, воздух пах землей, сырой травой и скорым дождем. Попаданец снова прикрыл глаза, за несколько дней эти запахи стали настолько привычны, что успокаивали и отчего-то вызывали щемящую ностальгию.
Должно быть там, в прошлом мире, у него тоже было воспоминание, пахнущее травой, дождем и землей. Но сейчас Степан совсем не помнил, рвано дышал, вздрагивал от холода, пробирающего до мурашек, и просто растворялся в моменте, когда не было нужды куда-то спешить, кого-то спасать, и он имеет полное право безвольно валяться, весь поломанный, на земле.
Титул почти ощутимо давил, обстоятельства, осложнившие и без того не слишком радостное правление — морально добивали. Он не знал, что делать. Сама мысль остановить чернокнижников практически в одиночку казалась слишком невероятной.
Ха, какой из него вообще граф, если он и о себе позаботиться нормально неспособен? Степан боялся подвести всех: Маниэр, клан, Веце, других попаданцев, герцога Ибенира. Как вообще возможно справиться с целой армией черных магов?
— Эй, ты что, подыхать собрался? — прошипел Даян рассерженно, тормоша задумавшегося попаданца, — Дышать на минуту перестал, и пульс ослаб! Ты думаешь, если я молодо выгляжу, то у меня сердце не прихватит? — попаданец вяло моргнул в ответ, отгоняя меланхоличное варево мыслей. Вот посторонние ему в этой короткой депрессивной минуте точно ни к чему, видимо, это знак свыше, мол, поныл немного и хватит, иди паши дальше.
— Думаю, уже достаточно. Жить буду. — вместо ответа произнес Степан, отталкивая чужую руку и присаживаясь, — Практически ничего не болит, не стоит тратить на меня ману. — Даян резко вскочил на ноги, сверкнув алыми глазами. Из всех вампиров, что он встречал, этот самый ненормальный!
— Ах ты ублюдок! — и от души пнул по ноге, — Как же ты бесишь меня! Кто вообще твое мнение спрашивал? Вот в этом твоя главная проблема: пытаешься выгрести все сам и не умеешь принимать помощь! Гордый или что? Такие как ты первыми сдыхают, потому что вампир в одиночку не протянет, а ты себя особенным возомнил. Даже у Великого Касара были верные помощники и соратники, которые помогали и прикрывали тыл, а ты, какой-то простолюдин безродный, лучше, значит?
Степан растер ноющую ногу, морщась. Очень интересный у Даяна подход, сначала лечит, а потом калечит. Второй герцог Ибенир прям!
— Я вовсе не это имел в виду. — хотя далеко он не простолюдин, и увы, вовсе не безродный, а очень даже родовитый, — Тебе ещё лечить других, я уже не в критическом состоянии, так что разумнее будет заняться другими пациентами. — Даян насмешливо скривил рот и вздёрнул брови, ха, поглядите-ка, нашелся тут умник!
— Будет мне новичок указывать, что делать! — и треснул уже по башке, чтоб хоть немного маразма из новенького вышибить. Эринар, видать, не только введения не читает, но и уставы лазарета!
— Что у вас стряслось? — подошел Шивлад, заметив, что Даян, до этого спешно исцелявший Эринара, теперь колотит и орет что-то гневно.
Даян размял затекшую шею и повел плечом, все тело теперь ноет, он так старался привести Эринара в порядок, а вместо благодарности услышал это!
— Идиот Эринар сказал, что в порядке, и послал меня лечить остальных. — оскалился Даян, — Вот, думаю ещё подлатать, а после отбоя выбить из него все дерьмо. — и хрустнул пальцами. Шивлад хохотнул и обратился уже к попаданцу.
— Ты ведь неглупый парень, Эринар, неужто невдомек, что два лекаря лучше, чем один? У Даяна очень быстро восстанавливается мана, и лишние руки нам сейчас не помешают. Слушайся старших и не пререкайся. Помни, что самое важное, это здоровье лекарей. Правила лазарета появились не на пустом месте. — похлопал Даяна по спине, выражая соболезнования, что именно ему приходится с Эринаром возиться, и ушел.
— Надеюсь хотя бы запомнить эту простую истину у тебя ума хватит. — и придавил Степана к земле, заставив снова лечь. И рот магией заткнул, чтоб умник ещё что не ляпнул и не вывел окончательно, — Если б ты подходил к нам, старшим, и чаще просил совета, то куда быстрее обучался. Нет же, сидишь, упрямый, мозги об учебники ломаешь, хотя по роже видно, что не спишь толком, и потому котелок совсем не варит.
Степан лежал и молчал, потому что выбора-то особо и не было, и думал. Думать было крайне неприятно, думать о том, что сделал что-то не так — вдвойне.
