— Веце. — прошипел Степан рассерженно, потому что есть вещи, которые наглому подростку попускать явно нельзя, — Если ты ещё раз наберешься наглости поднять на меня тряпку, я за себя не ручаюсь. И плотно займусь твоим воспитанием. — одно дело словесный понос, а вот битье лежачих уже совершенно другой разговор. И мог Веце хоть капельку уважения проявить к своему начальнику и кормильцу, верно?
— Собой займитесь. — огрызнулся полукровка, но тряпку спрятал за спину и даже стул чуть дальше от койки господина отодвинул, — Мне искренне жаль Маниэр! Вы даже не военный и не маг-пожарник, а как из дому выйдете, покалеченным возвращаетесь! Да вы в лечебнице чаще оказываетесь, чем дома! — и по-детски жалобно шмыгнул носом, потому что за здоровье хозяина переживал не меньше ледышки-Маниэр.
— И что ты предлагаешь? — скривился вампир, — Я, к твоему сведению, не мазохист, и тяге к боли не испытываю. Или ты думаешь, что я специально каждый раз во что-то встреваю? Мне тоже хочется спокойной жизни без лишней крови! — у полукровки на мгновенье в глазах потемнело от подобного заявления.
— Без крови! — услышал свое Веце, ужаснувшись, что хозяин снова начнет от еды отказываться, — Вы же вампир! Да как вы можете такое говорить! Я думал, мы вас от этой проблемы вылечили уже! — граф с тяжким стоном закатил глаза. Нет, так просто невозможно разговаривать!
— Что-то мне нехорошо, позови лекарей. — прикрыл глаза и голос сделал слабже. Пусть придет кто-нибудь и выгонит Веце! Или хотя бы заткнет!
Потому что у попаданца просто нет сил все эти истерики выслушивать сейчас, он тут вообще-то лежачий больной, имеет право на тишину и душевное равновесие! А с Веце рядом единственное, что графу светит — это нервный срыв или очередная мигрень.
— Что же вы молчали! — полукровка вскочил со стула и тут же побежал за лекарями. Надо срочно спасать хозяина, неважно от чего, главное быстрее!
Степан чуть выдохнул — у него есть минута тишины, а потом придут лекари, и он хоть о своем состоянии узнает.
Но Степан ошибся — на то, чтоб привести толпу лекарей, у Веце ушло всего-то тридцать восемь секунд.
— Как себя чувствуете? — поинтересовался старейшина Иршар, остановившись у койки, пока остальные лекари непрерывным потоком заходили в палату, чтоб попятиться на того самого главу Вальдернеских и вампира, выжившего после Кияхара. Кхм, то есть чтоб посмотреть на этот уникальный случай в лекарстве!
— Да вот, ног не чувствую. — пошутил попаданец, и Веце где-то неподалеку издал полузадушенный всхлип.
— Так и должно быть. — кивнул спокойно старейшина, — Мы временно заблокировали чувствительность вашего тела, чтоб восстановление проходило более комфортно. В вашем нынешнем состоянии процесс лечения довольно дискомфортный и болезненный, поэтому мы решили избавить вас от ненужных ощущений. Не тревожьтесь об этом сильно, с вами все в прорядке, и все на месте. Кхм, кроме некоторых внутренних органов, но мы все приведем в порядок в течение недели.
— Тогда я спокоен. — слабо кивнул Степан и тихо ухнул, потому что даже это незамысловатое действие потребовало больших усилий, — А что с моей магией?
— Ох, это… — старейшина неловко замолчал, а все лекари как-то странно притихли, потупив взгляды, — Во время операции вам ввели концентрат подавителя магии, и он должен был уже выйти из организма, но из-за ряда причин, предполагаю, это займет около месяца. Может больше. — это обычно называют врачебной ошибкой, да?
Но в момент операции как-то не до мыслей о несовместимости яда с подавителем было. Да и кто вообще станет их одновременно принимать в здравом уме? Подавитель, по сути, тоже подвид яда, вот и вышло, что два яда усилили действие друг друга, и первый, смертельный, продлил период распада подавителя.
Степан кисло поморщился, ну конечно, чтоб у него и все было хорошо! Ох, ладно, к чему все эти мысли? Главное, что он жив и цел, да и какой-то месяц перетерпеть можно — это ведь не навсегда.
— Есть способ вывести концентрат быстрее? Может какой-то антидот? — на всякий случай спросил граф, не теряя надежды.
— Есть, но это бессмысленно. — ответил уже Ракхам, внимательно рассматривавший магпротоки попаданца с помощью специального монокля, — Монстр частично затронул ваше и без того поврежденное магядро. Вам в любом случае в качестве профилактики рекомендуется месяц воздержаться от использования магии. — мгм, то есть, как ни крути, а магия пока недоступна.
Понятно, ну что ж, он уже выживал месяц без магии, в этот раз куда проще — не по лесам же Степан шататься будет, а в замке сидеть и бумажки подписывать.
Граф снова прокрутил слова главы лазарета и чуть расширил глаза, а вот какая мысль крутилась у него в голове!
— А что, собственно, со мной произошло? — и прежде чем лекари успели что-то ответить, горестный рев Веце, раздавшийся ровно после его слов, подпортил атмосферу, и Степан чувствовал себя крайне некомфортно эти три секунды, пока под звучные завывания полукровки лекари перешёптывались, мол, а можно говорить? А не испугается ли граф?
