— А кто-то питается человеческим мясом, — вкрадчиво продолжил Хозяин. — Как то существо, которое отвело всем вам глаза и проникло в ваш отряд.
— О чем это вы? Я думал, это кто-то из ваших объедает трупы.
— Мы не едим твердой пищи. И никогда не питаемся от мертвецов. Для нас это опасно. Но среди вас есть существо из мира тьмы. Я даже не знаю его названия. Оно вполне материально. И любит человечину.
— Кто он? Кто из наших?!
— Ты сможешь его увидеть таким, какой он есть, ты сможешь видеть их всех, если примешь мою власть. Ты усовершенствуешь тот дар, который был дан тебе от природы. Просто скажи «согласен». Можно даже не говорить вслух, скажи про себя… И ты увидишь мир таким, каким его видим мы. Для тебя не останется тайн. И мало что будет для тебя опасно. Ты взглянешь в глаза всем своим страхам и сможешь отринуть их. Больше нечего будешь бояться.
— Вы хотите меня сделать таким же, как вы? — спросил Вильфред, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.
— Нет. Мне не нужен еще один Птенец. Мне нужен Слуга. Живой человек, которому я подарю силу и бессмертие, который будет предан мне, который поможет мне выжить, охраняя меня и моих Птенцов при свете дня, когда мы отдыхаем. К тому же, наше время в этом замке кончается, пора переселяться в другое место, ты должен будешь помочь нам в этом.
— Зачем нужно мое согласие? Я и так подчиняюсь вашим приказам. Сам не знаю, почему…
— Потому что я сделал тебя своим рабом. Я укусил тебя, но не выпил полностью и теперь мы связаны. Ты легко поддаешься ментальному воздействию, твой разум теперь для меня открыт. Но мне нужен не раб, а Слуга. Мне нужно, чтобы ты сам хотел служить мне, тогда я смогу доверить тебе свою жизнь. А ты будешь жить, пока жив я. Много дольше, чем все прочие люди. Может быть даже вечно.
Вильфред мрачно молчал.
— Я не буду требовать от тебя ответа прямо сейчас, — сказал Хозяин, — Ты должен все обдумать и сделать выбор. Или ты станешь частью нашего мира — собственно, ты был рожден для этого, из тебя получился бы хороший колдун! Или же ты проживешь обычную человеческую жизнь. А то и станешь кормом для кого-то из нас…
Вильфред нервно улыбнулся.
— Значит, я могу идти?
— Можешь. Сейчас ты не нужен мне.
Вильфред по-военному резко развернулся и отправился вон из подвала. Ему было трудно дышать и хотелось выйти на воздух. Необходимо было обдумать услышанное, осознать, привыкнуть к мысли о том, что мир оказался совсем не таким, как он думал… Как он заставил себя думать. Ломал себя, мучил, пытался переделать, и все было напрасно, он не псих и не трус, он просто чужой в мире людей, он был создан для тьмы и теперь в самом деле вернулся домой. Чтобы стать Слугой вампира. Достойный финал… Впрочем, разве финал? Может быть, это только начало. Хозяин готов подарить ему власть, могущество и фактически бессмертие, очень скоро он вообще забудет, что был человеком. Предпочтет не вспоминать.
Вильфред вышел во двор замка и опустился на корточки, привалившись спиной к каменной стене. Двор был ярко освещен, свет разогнал тени по углам и под сень парковых деревьев, — там таились чудовища, те, которых он не видел, но о существовании которых он знал теперь. Они смотрят сейчас на него? Ждут возможности напасть? Или теперь уже они приняли его за своего? Несмотря на то, что он все еще сидит в круге света, он — один из людей, и не сделал выбор.
Но разве он не сделал?
Мимо прошел патруль.
Один из солдат обернулся к нему и посоветовал идти в казарму.
— Есть приказ никуда не ходить по одиночке, на вас могут напасть.
На меня? Нет… Никто и никогда…
— Сейчас ухожу, — ответил он, поднимаясь и действительно отправляясь в казарму.
Можно ли идти против судьбы? Против того, что предназначено? Можно. Но это глупо и бессмысленно. Взглянуть своему страху в глаза. Разве не об этом он мечтал всю жизнь? Увидеть их…
Он должен их увидеть!
Ночь за ночью хищная тварь высасывала из Конрада кровь и жизнь.
Магда ничего не могла поделать, чтобы спасти жизнь единственного человека, которого она любила. Он был не только единственным — он был первым. До него Магда вообще не знала, что такое любовь. Как это — любить другого. И уж подавно не могла себе представить, что возможно любить другого больше чем себя. А Конрада полюбила так, что своей жизни без него не мыслила совсем. Не станет Конрада — и уйдет из ее бытия и радость, и всякий смысл. И если бы можно было умереть самой, лишь бы Конрада спасти, Магда бы согласилась: все лучше, чем остаться здесь, но без него. Хотя лучше бы все-таки спасти его для себя. Чтобы быть здесь — и вместе. Но как? Как?!
Способ был один: найти логово вампиров и уничтожить их всех.
