Шанхай — один из финансовых центров Китая, поэтому на приеме в глазах рябило от отблесков дорогих часов, не менее дорогих костюмов и черных проборов волос. Запоминать всех этих крайне уважаемых людей я даже не пытался, отдав потенциальные полезные связи на «аутсорс» старшему и младшему Хуэем. Исключение — улыбчивый тощий пожилой дяденька, тщетно маскирующий начесом то, что принято деликатно называть «высокой линией волос» — то есть начинающуюся там, где раньше росла челка, плешь.
Лю Пэн — заслуженный донельзя член партии, некогда вознесшийся до самых небес: поста заместителя заведующего Отделом пропаганды КПК, а в последствии получивший почетную синекуру, став директором Государственного управления по делам физкультуры и спорта КНР и председателем Олимпийского комитета Поднебесной. Занятно, учитывая его степень магистра по физике. Лично смотрел финал, за что я его конечно же и поблагодарил сразу после знакомства и приветственных речей.
С этим деятелям мы как планета и ее спутник будем очень долго вращаться рядом друг с дружкой. Очень удачно, что он два года проработал заместителем секретаря КПК моей родной провинции, что при подобных моим обстоятельствах заставляет его считать себя почти моим земляком:
— Благодатнейший край! — отвесил он комплимент Сычуани, не без изящества удерживая нетронутый бокал с шампанским.
Настоящий коммунист вот такого уровня пьет только тогда, когда заставляет начальство, зато очень рад теряющим человеческий вид окружающим, потому что кто знает, чего может сболтнуть внешне респектабельный господин.
— Я помню поездки по деревням, в которых я сопровождал многоуважаемого господина секретаря — засеянные трудолюбивыми руками сычуаньцев поля простирались от горизонта до горизонта! Тысячи лет Поднебесная держалась на этих руках, и до сих пор роль деревни в жизни Китая невозможно переоценить: именно от аграрных районов зависит продовольственный суверенитет нашей страны.
Несколько сотен окружающих слушали выдержки из абстрактного сборника «что должен говорить при встрече с крестьянином важный чиновник» с таким же пристальным вниманием, как и я, и дело тут не в подхалимаже или страхе впасть в немилость, а потому что всякий реально «большой» китаец изрекает такое, что хрен поспоришь, и будет полезно эти изречения потом пересказать другим «большим» китайцам. Ну и вообще — это интереснее, чем говорить, например, о погоде.
С приема я выбрался через полтора часа — когда многоуважаемый Лю Пэн от меня отстал, отправившись рассказывать про большие достижения отечественного спорта тем, кому слушать об этом положено по должности, за дело взялся Хуэй-старший, который долго водил меня по залу и знакомил с уважаемыми людьми, которые так и норовили закрепить наше знакомство подарком — на правах «поддержки настолько яркого спортивного таланта».
Помимо «пожертвований от меценатов», имеется и премия официальная, врученная Лу Пэнем на камеры с соответствующим официозом — квартира на нашем народном курорте Хайнане. Прямо около пляжа, и я очень этим доволен: будет нам с семьей тропическая дача. Уважаемые люди насовали в основном банковские чеки, а парочка молодых и продвинутых даже перевели мне по сто тысяч юаней на кошелек «Алипей» при помощи QR-кода к нашему обоюдному удовольствию. Вот это я понимаю — никакой налички в иностранной валюте!
— Тренер Ло, если бы я считал, что многим обязан вашему наставничеству, я бы сейчас выдал вам премию, — заявил я. — Но придется сделать это просто так, — с уважительным поклоном даровал «второму китайскому папе» пяток чеков совокупным номиналом в двести тысяч юаней.
— Наконец-то мой тяжелый труд начал хоть как-то оплачиваться! — ворчливо заявил он, убрав чеки во внутренний карман пиджака.
— Фэй Го, — без лишних слов отдал телохранителю столько же.
— Спасибо.
Канг Лао премию не заслужил, и я легко пропустил мимо ушей его скорбный вздох — старайся лучше, хотя бы шутить научись, и тогда посмотрим.
Далее я забрался в смартфон, и до самого аэропорта занимался «онлайн-премированием» посредством WeChat, распределив по всем, кто что-то полезного для меня делает еще двести тысяч. Еще пятьдесят ушло Гуай Бо, с критикой в виде напоминания в следующий раз не тормозить с ракеткой. Мне одному что ли все время концентрацию держать? Работать должны все! Такие же пятьдесят — «начальнику над модераторами» Хуан Йи. Блин, а почему я сразу не додумался ему отвалить все сразу и озадачить распределением? Заодно проверил бы его на вшивость — сколько «отпилит» себе? В следующий раз сделаю.
Влажный, пахнущий техническими приблудами аэропорта жаркий воздух Сычуани заставлял душу радостно трепетать — я вернулся, малая родина! Вернулся с победой, как ты и велела! Сразу у трапа нас встретила зондер-команда мужиков в костюмах, главный из которых назвался Тонгом Джинхэем и занимал прежнюю должность Ченя Хуасяня. После короткого знакомства и не менее короткого поздравления меня с победой нас погрузили в отдельный от остальных пассажиров микроавтобус и увезли за пределы аэропорта Гуанъань.
