Вальдшнеп заметно повеселел и, выгоняя спрятанную в камышах лодку, даже принялся насвистывать. Радостно заработал мотор, затрещал, вспугнув целый выводок уток; медленно отвалив от мостков, лодка набрала скорость и понеслась вдоль заросшего ивняком берега.
– А не быстро плывем? – обернувшись, крикнул Саша.
– Ась? – Из-за шума двигателя Весников ничего не слышал. – Чего ты говоришь-то?
– Мотор-то заглуши! Мотор, говорю, глуши! Амба!
Вальдшнеп наконец понял, и, заглушив двигатель, удивленно уставился на Александра.
– Дальше на веслах пойдем, – негромко сказал тот. – В ту сторону, куда те на своей лодке поплыли. К ручью!
– К ручью так к ручью, – вспомнив про обещанную премию, Весников покладисто кивнул. – Как скажете, мне-то какая разница?
Дальше плыли в тишине, лишь чуть поскрипывали уключины. Даже без мотора лодка шла ходко – оба, и Саша, и напросившийся поработать профессор, гребли в охотку. Вальдшнеп поглядывал на них с кормы и ухмылялся.
– Не пройдем мы там, вот увидите. Зря только прокатимся… Впрочем – ваше дело.
Александр повернул голову:
– А ты, кстати, Митьки Немого лодочку видишь?
– Ну, нет.
– Так выходит – они по ручью пошли?
– Не факт! Могли и к острову.
– Так мы бы их тогда заметили.
– Если они вдоль берега двинули – нет.
– Ладно, не будем спорить… Где ручей-то?
– Да вот здесь где-то должен быть, в камышах… Говорю ж, он мелкий – не пройдем. – Весников вдруг наклонился с кормы, прищурился: – Вправо, вправо теперь… во-он, где камыши… Ох, ни фига же себе!!!
Сие удивленное восклицание как раз и относилось к якобы ручью, на деле оказавшемуся полноводной речушкой, пусть и не очень широкой, но все же метра два-три.
– Это, что ли, он и есть? – ухмыльнулся Саша. – Ничего себе – мелкий!
Он достал дно веслом: получилось где-то метр – метр двадцать.
– Думаю, и на моторе пройдем спокойно.
– Не, на моторе нельзя – тут камней полно.
И в самом деле, камней в этой протоке хватало! Пару раз даже цепанули днищем – проскрежетало, как бор-машина по больному зубу, Александр невольно поежился – ну до чего ж мерзкий звук!
Так, на веслах, и плыли дальше. Вытащив двигатель на корму, Весников перебрался вперед и, наклонясь, всматривался в темную воду, при этом все бубнил что-то себе под нос, видно, никак не мог справиться с удивлением:
– И чего он так раздулся? Вроде и дождей-то нынче не так уж и много было, а вот поди ж ты… А!!! Ясен-пень – бобры! Бобров тут, Саня, до дури! Ну вот, до плотины ихней дойдем – и встанем.
– До плотины так до плотины! – засмеялся Саша. – Все не пешком.
– Ну, ясен-пень, – согласно кивнул Вальдшнеп. – Хренцуза-то не сменить? Поди, утомился?
Поменялись: Весников уселся за весла, а доктор Арно занял место впередсмотрящего. Наклонился, да все пугал:
– Камень! Камень!
– Не камень это, а травы пучок!
Ну, пару раз носом стукнулись – ничего, отвернули, да поплыли себе дальше, посмеиваясь над профессором. А тот все высматривал:
– О-ля-ля! Еще камень… да какой большой! Осторожней… Оп.
В этот раз ткнулись, не успели заворотить.
– Не, это не камень, – Весников бросил весла, привстал. – Колода какая-то… А ну-ка…
Он быстро перебрался на нос и вдруг крикнул в ужасе:
– Труп! Утопленник, мать честная! Господи… наверное, кто-то из рыбаков. Нет, скорей – из туристов, байдарочники эти, придурки, тут каждую весну тонут.
– А ну-ка, перевернем! – Натянув повыше рыбацкие сапоги-бахилы, Саша спрыгнул в воду. Благо тут было не глубоко, меньше метра, да и течение едва чувствовалось – потому-то утопленник и не уплыл, зацепился за камень. – Да помогай же, Федорыч, чего сидишь!
Общими усилиями перевернули…
Издав сдавленный крик, Весников так и сел в лодку:
– Митька! Митька Немой это. Да ты, Саня, его должен помнить.
– Ну, помню… – Молодой человек настороженно всматривался в пропитанную кровью одежду на груди покойника. Потом, преодолев брезгливость, расстегнул на мертвеце рубашку и присвистнул:
– А он ведь не сам утонул… помогли. Вон, рана-то…
– Чем это его?
– Ножом, финкой… Прямо в сердце… Эй, мужики! – Александр обернулся. – Негоже его тут оставлять, давайте хоть на берег вытащим. В милицию бы сообщить, да связи здесь никогда не бывало. Может, похороним?
– Да ты что, Саня! – справившись с первым испугом, резко возразил Вальдшнеп. – Сам же сказал – в милицию сообщить надо. Вот и сообщим… когда вернемся. Им же этого… этот труп осмотреть надо, а ты говоришь – зарыть.
– В общем-то, ты прав, – подумав, согласился Саша. – Мертвяк-то насквозь криминальный… Ну, хотя бы тогда вытащим… А ну, подмогните.
Убитого вытащили на берег, аккуратно уложили под приметной ветлою. Саша предложил было забросать труп ветками – от зверей, чем вызвал нервный смех Вальдшнепа:
– Зверь-то его так и так обгложет, хоть ветками закидай, хоть закапывай – глубоко-то все одно не зароем.
– Черт… сфотографировать бы. Месье Арно, у вас есть телефон?
– Что? – до того молчавший профессор удивленно моргнул. – Телефон? Да-да, пожалуйста… – Вытащил из кармана мобильник, протянул. – Но… тут же нет связи!
– А связь нам и не нужна. Вы, Фредерик, просто сфотографируйте… этого. Щелкните пару раз.
