Впереди, чуть справа, довольно близко, шумел водопад, и, заметив в ивняке просвет, Саша повернул туда, осторожно выглянул… И, не сдержавшись, ахнул:
– Вот это да! Вы только гляньте, профессор.
– Да-да… Что там такое? О ля-ля!
Было чему удивиться – за зарослями, вместо протоки, расстилалось самое настоящее озеро! Пусть не очень большое, но и не маленькое для этих мест, к тому же – не обозначенное на карте. Лучи выглянувшего из-за облаков солнца играли, отражаясь в воде яркими золотыми бликами, росшие на той стороне деревья – сосны, осины, ели, застывшие в полном безветрии – казались произведением какого-нибудь знаменитого пейзажиста, Шишкина или Левитана. Красота! Что и говорить – красота. Однако вовсе не озеро было в этой картине главным, вовсе не оно вызвало удивленные восклицания обоих путников.
Плотина!!!
И какие там, к чертям собачьим, бобры…
Настоящее гидротехническое сооружение из бетона и стали! Пусть даже небольшое.
– Электростанция, – приложив к глазам бинокль, прошептал профессор. – Гидроэлектростанция… Уже почти достроена – осталось лишь установить генератор. Так вот где они собирались черпать энергию!
Александр не спрашивал – кто «они», и так было ясно: те, кто строил «Город Солнца». Точнее – ворота в этот последний рай, эдем для очень богатых людей, лифт в прошлое, строительство которого грозило менее чем через пару лет спровоцировать гибель всей вселенной.
– Порт Виль де Солей, – на французский манер пошутил ученый. – Покупайте билеты, господа. Билеты в рай! Только избранные и спасутся… Кстати, довольно остроумная идея, нет, в самом деле.
– А вы, я так понял, зачем-то хотите помешать им спастись, – ухмыльнулся Саша.
– Вовсе нет! – обернувшись, с самым серьезным видом заявил профессор. – Я хочу попытаться спасти всех… планету, Галактику, вселенную…
– Всего лишь!
– Всего лишь. Нужно только заткнуть дырку – там, в Карфагене. И в этом мне поможете вы, мой добрый старый друг!
– Я?!!!
– Именно затем я к вам и приехал. Впрочем, не только я, скоро прибудут и другие…
Александр покачал головой и, отвернувшись, посмотрел на окружавшие их заросли – малины, жимолости, орешника, за которыми высились корабельные сосны и сумрачные мохнатые ели с небольшим островком березок на месте бывшей просеки. На одной из березок – той, что поближе – сидела какая-то красноглазая птица. Дрозд? Сойка? Кукушка?
Из чистого любопытства Саша взял у профессора бинокль, всмотрелся…
И тут же встрепенулся:
– Уходим! Быстро!
– Что? – удивленно переспросил доктор Арно. – К чему такая спешка, мой дорогой друг?
– Видите ту березу? Там – включенная камера. Думаю, нас уже заметили и сейчас примут меры. Ага! Слышите?
Что-то взревело, загрохотало, и вот уже с той стороны, откуда-то из-за плотины вырывался на озерную гладь небольшой катер, направляясь прямо к тому месту, где сейчас стояли слишком любопытные путники.
И тут же, без помедления, тишину разорвали автоматные очереди!
– Все! – Саша резко пригнулся. – Линяем!
– Что делаем, мой до…
– Бежим, говорю! Быстро!
Перед глазами замелькали кусты и деревья – желтая, красная, а кое-где и зеленая еще листва мигала взбесившимся светофором, а время словно сорвалось с цепи: секунды казались минутами, и минуты – часами.
Беглецы изо всех сил рванули к лодке, чувствуя за спиной нарастающий топот погони, крики и выстрелы.
– Стоять! Стоять, падлы! Все равно не уйдете.
И – ба-бах! Ба-бах!
Оглянувшись на бегу, Саша прикинул – сколько до них? Метров триста… фора хорошая, вполне можно уйти, тем более кусты, деревья – толком ни за что не прицелишься, и стреляли в них просто так, для острастки.
Александр бы, конечно, ушел… Но вот профессор! Доктор уже тяжело дышал, хватался за левый бок…
Подождав, молодой человек подхватил его под руку:
– Быстрее, быстрее!
Потащил… поволок… слыша, как стремительно приближается погоня, как все радостнее звучат за спиной крики, как все прицельнее выстрелы – так, по крайней мере, казалось.
– Быстрее, дорогой профессор, быстрее!
И у доктора вдруг открылось второе дыхание – то ли совестно стало, то ли страшно, а только профессор снова мог бежать сам, и довольно быстро, так что беглецы едва не миновали то место, откуда, собственно говоря, вышли. Хорошо, Саша заметил знакомый смородиновый куст.
– Стойте, Фредерик, стойте! Эгей! Никола-а-а-а!!!
– О-го-го-о-о-о!!! – тут же донеслось с протоки.
И вот уже оба прыгнули в лодку, развернулись. Весников, чертыхнувшись, дернул мотор:
– Дай бог, не зацепим.
Пару раз громко чихнув, двигатель затрепетал и завелся, заурчал довольно и сыто, и лодочка ходко двинулась в обратный путь. Вслед ей зазвучали выстрелы, впрочем, бесцельные, так как моторка довольно быстро скрылась из виду. Пальба тут же и стихла – а чего зря пули тратить?
– Кажись, ушли, – чуть сбавив ход, прошептал Вальдшнеп. – Ишь ты… И кто там за вами охотился?
– А черт их знает! – нервно отозвался молодой человек. – Шли себе мирно, никого не трогали, и вдруг – на тебе! Автоматчики! Кстати, Николай, не хочу тебя огорчать, но у них там катер. Нехороший такой, маленький, юркий.
