Вандалы — оклеветанный народ полностью

В то же время исторический момент предоставлял ему, Гизериху, и его пиратским кораблям уникальный шанс. Раз Новый Рим отказался от своей прежней политики нейтралитета и вмешался в борьбу с Гейзерихом и Ветхим Римом, вандальскому царю не нужно было больше делать оглядку на своего тайного союзника при константинопольском дворе, могущественного гота, или алана, Флавия Аспара. Не приходится сомневаться в том, что Гизарих и Аспар поддерживали постоянные контакты. Аспар не желал войны с Гейзарихом. Возможно он, до выхода флота в море, даже имел судьбоносную беседу с Василиском. Ведь оба они не были друзьями василевса Льва и являлись естественными союзниками. Поскольку Аспар, как арианин, никогда не смог бы стать императором православного Второго Рима, а шурин императора Василиск, если и мог бы взойти на царьградский престол, то лишь с помощью Аспара и войск подчиненных Аспару.

В то время, как на фоне разгоревшейся войны плелись эти тайные интриги, Гейзерих направил свой флот в восточную часть средиземноморского бассейна, ставшую для его пиратов «целиной», не «вспаханной» еще килями их кораблей, чтоб, так сказать «пошарпать» (Н. В. Гоголь) ее берега и острова, куда нога вандальского пирата еще не ступала. Пребывавшие на протяжении долгих лет в безмятежном сознании своей полнейшей безопасности, обеспеченной нейтралитетом между Новым Римом и Гизерихом, греческие острова считали себя чем-то вроде «островов блаженных» эллинской мифологии. Да и имели к этому все основания. Не ожидая никакой беды, они были, однако, в одночасье ошеломлены вторжением в Адриатику вандальских кораблей, начавших разорять, в тылу у энергичного Марцеллиана, его пиратское царство. Единственной помехой в деле его разграбления стало одно досадное для «Зинзириха-риги» обстоятельство. Его вандалы дали завлечь себя в засаду у мыса Тенарон (ныне — Матапан), на самой южной оконечности полуострова Пелопоннес. Между овеянным мифами островом Киферой и Лаконским заливом — самый южным заливом материковой Греции и всей Европы — африканским пиратам пришлось довольно солоно. С тем большей яростью они, наскоро зализав полученные раны, обрушились затем на Закинф — третий по величине остров в Ионическом море, — где повели себя истинно «по-вандальски», в полном смысле этого слова.

Нам известно сравнительно мало подробностей этих морских набегов. Вероятно, в силу того обстоятельства, что практически все прибрежные города Средиземноморья на протяжении столетий (если не тысячелетий), начиная с гомеровских времен, несчетное количество раз подвергались подобным пиратским налетам (а ведь не в каждом городе и не на каждом острове имелись свои хронисты, да и вообще — грамотные люди, способные записать в назидание современникам и потомству то, чему стали свидетелями). Да и факт обнаружения при раскопках в тех или иных местах — скажем, в Коринфе, вандальских монет, еще не дает точного представления о целях этих пиратских рейдов (пираты обычно не расплачиваются деньгами за товары и услуги — значит, монеты были завезены торговцами). Вообще же схема действий «викингов» Гейзариха была предельно проста. Вандальские корабли появлялись в том или ином порту, высаживали на берег десант, тот подавлял сопротивление (если таковое оказывалось) и принимался за грабеж. Корабли же прикрывали десантников с моря. Ведь по суше помощь жертвам нападения подойти практически не успевала (если вообще подходила, ибо за помощью еще надо было кого-то послать). Нагруженные захваченной добычей (состоявшей, главным образом, из «челяди» — рабов и, разумеется, рабынь) нападающие поспешно возвращались на корабли. Как правило, им это удавалось. Лишь под Кенополем, в предгорьях Тенарона, произошли кровопролитные бои, когда внезапно появившиеся «ромейские» корабли, патрулировавшие у мыса, отрезали морским разбойникам, уверенным в своей безопасности, пути отхода.

Впрочем, жители острова Закинф мужественно сопротивлялись и убили так много пиратов, что вандалы в наказание взяли в заложники не менее пятисот знатных островитян (в чем вполне можно верить Прокопию). Менее достоверным представляется утверждение, что эти пятьсот именитых заложников, за которых наверняка можно было бы получить огромный выкуп, были разрублены «морскими орлами» Ги-зериха на куски и выброшены в море, на корм рыбам. Зачем вандалам было везти их в море для совершения столь кровавой мести. Они преспокойно могли бы «изрубить в капусту» пленников прямо на острове Закинф.