Пятнадцатилетний Дик Мердок покидает Венеру, чтобы встретиться со своим отцом на Луне. В полете капитан космического корабля останавливается, чтобы изучить останки такого же пассажирского корабля. Никто не знает, кто напал на погибший корабль — иные называют виновником «Василиска». Приключения Дика на борту корабля и на Луне приводят к раскрытию одной улики за другой.
Цитадель Дьявола — массивная вулканическая пробка черного габбро — неожиданно, круто, поразительно возвышалась на шестьсот метров, доминируя над долиной Чудес, как пень над газоном. Река Джаматула петлей огибала ее основание, а по берегам ее выстроились чистые белые здания поселка Долина Чудес. У вулканического останца был плоский верх — как если бы Цитадель действительно была пнем колоссального окаменевшего «всемирного древа».
С платформы в основании стартовой площадки на вершине Цитадели вдоль отвесного утеса спускался кабель, казавшийся тонким, как паутинка. По кабелю поднималась кабина лифта, а в ней у окна стоял Дик Мердок с биноклем в футляре и фотоаппаратом на ремешках, перекинутых через плечо. На полу у его ног лежал саквояж.
Дик тоскливо смотрел на долину, где его дом белел на опушке зеленого, красного и синего леса. Ландшафт становился размытым; Долину Чудес, как теплый мед, заливал туманный золотистый свет. Трудно было не ощущать потерю; желание вернуться домой охватило его раньше, чем он потерял из виду родные места.
Под самым ухом послышался голос: «Странствуем в одиночку, молодой человек?»
Дик обернулся и взглянул прямо в желтые глаза — внимательные, широко расставленные на странном ястребином лице. У незнакомца была землистая, будто пыльная кожа; его волосы, мягкие и плотные, как мех, тоже отличались необычным горчичным оттенком. Под узким лбом нос выступал тонким приплюснутым серпом с едва заметным крючком на конце. Почти лишенный губ рот выглядел, как темный разрез.
Дик ответил со всем возможным достоинством: «Да, я путешествую в одиночку».
«То есть ты прилетел один с Земли?»
Дик покачал головой: «Я родился на Венере».
«О!» Брови незнакомца приподнялись, хотя в остальном лицо его осталось неподвижным. Он поднял глаза к вечной сплошной облачной дымке: «Значит, ты впервые увидишь Солнце и звезды».
«Второй раз. В прошлом году я летал с отцом на метеорологическую станцию — она в семидесяти километрах над облаками».
Незнакомец не высказал никаких замечаний, но продолжал стоять, словно прислушиваясь.
Дик исподтишка изучал его — поведение этого человека привлекло его постоянно готовое возбудиться любопытство: к чему прислушивался незнакомец? Дик ничего не слышал, кроме приглушенных голосов других пассажиров.
«В таком случае, — рассеянно произнес незнакомец, — твой отец, надо полагать, работает в Институте изучения космических лучей».
«Он его основал, — сказал Дик. — В том же году, когда я родился».
«Так-так», — судя по всему, незнакомец продолжал прислушиваться.
Дик напрягал слух. Донесся отрывок разговора: «...Мелодрама! Слишком неправдоподобно, чтобы это можно было принимать всерьез».
«В смерти нет ничего неправдоподобного».
«Ну, а что такое василиск, по-твоему?»
«Насколько я понимаю, сказочное чудовище: тот, кто смотрит василиску в глаза, не может пошевелиться».
«Смехотворно!»
Голоса понизились. Дик расслышал еще несколько слов: «За один месяц — «Канопус» и «Капелла» ...» Дик вспомнил, что читал в новостях о таинственной пропаже двух кораблей, «Канопуса» и «Капеллы», совершавших полеты на Марс. Какое отношение это могло иметь к василискам?
Кабину лифта подхватил и резко покачнул порыв ветра. Бормочущие разговоры прервались резкими вздохами и восклицаниями. Дик протянул руку к поручню, споткнулся и схватился за пальто человека с ястребиным лицом.
Тот отшатнулся, прижал карман ладонью и с подозрением уставился на Дика желтыми глазами.
Удивленный столь агрессивной реакцией, Дик пробормотал: «Прошу прощения, я не хотел...» Слова замерли у него на языке.
Незнакомец отвернулся. Бросив оценивающий взгляд на карман незнакомца, Дик отступил на шаг.
Над лифтом уже нависли фермы стартовой площадки. Кабина задрожала, остановилась и с глухим стуком прикоснулась к платформе. Из длинного приземистого здания выступил грузчик, закутавшийся в теплый синий плащ. Пригнувшись навстречу ветру, он пересек платформу, закрепил у входа в кабину трап и отодвинул дверь лифта. В кабину ворвался порыв воздуха, пахнущего дождевыми каплями и влажным камнем.
Пошатываясь от ветра, пассажиры осторожно прошли по трапу в бетонное здание.
