– С твоего позволения запущу «водяную стену», – доложила Джесси, обращаясь к Изе, и достала из сумки для СОКа большую бутылку. Небо мерцало сиреневато-голубым, и чёрные силуэты зданий на его фоне дополняли фантастическую сцену, словно из фильма про Мэри Поппинс.
– Давай запускай, – ответила Иза, забирая у Джесси сумку для СОКа, и принялась расстилать по холодной плитке одеяла.
Джесси построила на восточном фасаде дома «водяную стену» после того, как на уроке физики им показали рисунки с изобретениями Руба Голдберга[12]. Больше всего Джесси понравилась картинка с переворачивателем страниц в нотной тетради. Дяденька, похожий на молодого Бетховена, сидел за пюпитром и давил на педаль, которая запускала механизм: насос для велосипеда наполнял воздухом боксёрскую перчатку, и она ударяла по пустому мячу, который тут же напарывался на острый шип, и воздух из него, проходя через паруса, прикреплённые к тетради, мягко переворачивал страницу.
Джесси тут же захотелось сделать что-нибудь подобное для Изы, но переворачиватель страниц у неё не получился, и вместо этого она соорудила «водяную стену», которую подарила Изе на двенадцатый день рождения. Она почти весь июнь над ней работала.
Джесси подошла к металлической трубе на выступе, бережно опустила бутыль с водой на решётку, прицелилась горлышком в основание трубы и отвинтила крышку. Вода полилась в трубу, заструилась по чёрному шлангу и наполнила металлический контейнер на краю здания. Потом она журчащим ручейком стекла вниз по изогнутым желобам на стене дома, запустив миниатюрные водяные мельницы, которые в свою очередь острыми спицами задели китайские колокольчики.
Дождевая флейта, полая деревянная палочка, принималась покачиваться на «волнах», словно ленивые качели. Крупа в ней начинала пересыпаться с одного конца в другой, издавая звук, похожий на шум дождя. Потом жёлоб заканчивался, и водопад обрушивался на круглую жестянку, которую Джесси как-то раз нашла на обочине, когда возвращалась из школы. Жестянка была волшебной: она вибрировала и издавала разные звуки в зависимости от того, под каким углом в неё била струя. Через проделанные в жестянке отверстия вода стекала в мамин садик и орошала растения, которые там росли. Скорее всего, только по этой причине мама вообще разрешила Джесси соорудить «водяную стену».
Двух литров хватало минут на пятнадцать, и всё это время на стене звенели китайские колокольчики и шумела дождевая флейта. Иза думала, что именно так звучала бы мелодия квартета ветра[13], если бы музыканты играли в траве на поле в дождливый денёк (конечно, прикрыв инструменты зонтами). Когда Джесси показала ей свой подарок, Иза потеряла дар речи. Джесси пожала плечами и сказала: «Это всего лишь физика, ничего особенного». Музыка звучала в меру громко, так что её было слышно с крыши, но достаточно тихо, чтобы не проникать в квартиру Байдермана.
Вандербикеры собрались на южной стороне дома, облокотились на выступ (все, кроме Лэйни – она не дотягивалась, и Изе пришлось взять её на руки). С южной стороны открывался самый красивый вид: на ряды зданий и городской колледж вдали – он стоял на холме, похожий на древний замок с башенками.
– Давайте поиглаем в «слушать, не прислушиваясь», – предложила Лэйни. Это была одна из её самых любимых игр, причём собственного изобретения, и остальные дети не сразу поняли, в чём соль. Зато когда попробовали в неё сыграть, им стало всё ясно.
– Заклойте глаза, – скомандовала Лэйни.
Прошло несколько мгновений, и до Гиацинты донеслась мелодия танца «меренга» из одной из квартир в их квартале. Оливер услышал, как отворилась дверь на балкон в соседнем доме и дяденька, который там жил, щёлкнул зажигалкой – наверное, вышел покурить. Джесси разобрала несдержанный смех одной компании на улице с другой стороны здания. Иза уловила шорох крупы в дождевой флейте. Лэйни, жмурясь изо всех сил, старалась отрешиться от всех звуков, но до неё всё же донёсся грудной голос мисс Джози – она напевала госпел[14]. Удивительно, чего только не услышишь, когда не прислушиваешься!
Гиацинта прервала всеобщее неслушание:
– Как думаете, мы правда останемся в Гарлеме?
– Конечно, – фыркнула Джесси, открывая глаза. – Папа так сказал.
Гиацинта покачала головой:
– Нет, он не говорил
– Папа здесь вырос, – ответил Оливер. – Он, считай, мэр нашего района. Он ни за что не уедет.
– К тому же у него здесь работа – ну, по ремонту компьютеров, – вставила Джесси. – Он обещал нанять меня помощницей, когда мне исполнится шестнадцать. – Она ненадолго замялась. – Осталось подождать всего тысячу двести пятьдесят семь дней.
– Папа не стал бы влать, – сказала Лэйни. – Влать плохо.
– Конечно, Лэйни, – согласилась Иза и посмотрела на пейзаж. – Это самый красивый вид на свете.
