– Прицел менять по горизонту после каждых пяти выстрелов! Приготовились! Пошел!
– Ну, братцы! Давай шуруй! Чтобы фрицам стало жарко! – крикнул я в телефонную трубку.
– Поддайте им жару! За нашу поруганную честь!
Мины одна за другой вскинулись в небо и ушли к намеченной цели. Нам не было видно, сколько из них рвались в самой траншее, но мы представили, что делалось там, когда увидели, как немцы забегали и заметались в траншее.
Разведчик это вам не миномётчик! Минометчику наплевать попал он или нет, пустил мину и сидит пригнувшись. У него задача одна, чтобы его самого не засекли. А разведчик сел за миномет, тут секи не секи, а два ящика мин он по немцу выпустит. В одиночную ячейку из миномета трудно попасть, а у немцев траншея. Тут, кто кого! У кого нервы и дух крепче тот и выдержит.
Мы посылали мину за миной, корректируя огонь. Недолеты и перелеты тоже были. Но по тому, как немцы метались в траншее, мы знали, что часть мин попадало в траншею.
Инструментальная разведка у немцев работала отлично. Они могли засечь любую огневую точку, с которой велся огонь. Но в данном случае бил самый малый миномет. Вспышек они не видели. Глухие звуки выстрелов им были слышны. Но им в голову не пришло, что мы сидим у них под самым носом. По звукам выстрелов можно засечь направление только. От нашего обстрела немцам стало тошно.
По нашей траншее из-за высоты стала бить немецкая артиллерия. Немцы с каждой минутой наращивали огонь. Но мы тоже не лыком шитые. Мы под общий грохот мину за миной пускали. Главное нужно было показать, что мы их артиллерии не боимся. За какое-то время, выпустив все мины, мы прекратили огонь. Наша траншея и всё пространство вокруг было затянуто облаком дыма и пыли. К вечеру обстрел совсем прекратился. В темноте хорошо видны вспышки при выстрелах.
Приятно было сознавать, что мы всыпали немцам. У разведчиков всегда чешутся руки. Они охотники до всяких таких необычных дел. Спрашивается! Чем занимаются наши минометчики, которые сидят где-то сзади?
Надо ходить, уговаривать, просить, убеждать:
– Дайте огня!
Разведчики привыкли такие дела делать с налета. Идут где-нибудь мимо огневых позиций минометчиков, часового в сторону, пол-ящика мин пустят в сторону немцев и пошли своей дорогой. Им конечно в спину шлют угрозы, мол, жаловаться будем. "Вам, что лодыри! Подносить мины лень?"
Минометчики стали ящики с минами закапывать в землю. Что они могли сделать? Подойдет, оттолкнет, не будешь стрелять. А потом с этими разведчиками справься. Подойдут и свяжут, если будешь шибко орать. Да ещё клип в рот поглубже засунут. Это не люди, а какая-то сатана!
Ночью старшина принес еще несколько ящиков мин и на следующий день мы возобновили обстрел, немецкой траншеи. Потерь в роте не было. Землянки были врыты под откосом обрыва, снарядами их не возьмешь. Мы обстреливали немцев и ждали, когда дадут пополнение в стрелковую роту, чтобы сдать оборону и заняться своими делами.
Рязанцев с группой разведчиков находился в лесу. Прошло около суток с момента его выхода, к вечеру он прислал связного.
– Как там у вас дела? – спросил я разведчика, который явился ко мне.
– В лесу немцев нет. В глубине леса, от этой опушки метров семьсот, проходит дорога. По ту сторону дороги пустые немецкие окопы и пулеметные гнезда. Они разбросаны друг от друга на прямую видимость. Обойти их или просочиться между ними ночью можно. Мы ведём наблюдение, подбираем себе подходящий объект.
– Ваша задача разведать лес до дороги и пройти его в северо-западном направлении. Нужно лесом выйти с той стороны к подножью высот. Я понимаю, Рязанцев хочет язычка взять. Вот смотри, здесь по карте обозначена деревня Кулагино. Нужно уточнить, есть ли она на местности. И ещё одно нужно, как следует знать, может ли лесом к подножью высот подойти наша пехота. Завтра у командира полка появиться такая идея в голове, мы должны доложить обстановку на этом участке. Но самое главное опять не в том. Здесь проходит левый фланг нашей дивизии, важно знать, не нанесет ли он нам здесь удар в спину. При взятии языка могут быть потери. Сейчас не время заниматься этим. Я Рязанцеву об этом говорил. Повторяю! Сейчас только разведка и наблюдение! Передай ему мой приказ и пусть он с языком до меня подождет. Через пару дней сюда должны прислать пополнение. Разведчиков из обороны выведут, вот тогда и займемся ловлей блох и языков. Вернешься к Рязанцеву и всё, что я сказал, доложи ему. Завтра к вечеру жду от вас связного.
