– Немцы лёд рушат! Потом вплавь пойдём?
– Командир полка даст команду! Я связного пришлю!
– Всё понял?
– Понял!
– А раз понял, давай вали отсюда! Я [улыбнулся,] посмотрел на него выразительно, сплюнул, повернулся и пошёл обратно в роту. Мы с ординарцем подходим к крайнему дому. Отсюда нам нужно и сделать стометровую перебежку. В это время слышится гул и сверху по деревне сыпятся снаряды. Крыша дома сползает набок и кругом все заволакивает дымом,
– Товарищ лейтенант! – слышу я рядом голос ординарца.
– Меня ранило в руку! Ещё удар и снова удар! Я пригибаюсь у стены.
– Кровь сильно течёт? Покажи мне руку!
– 17 -
– Подними её вверх! Держи вот так! Сейчас достану пакет и перевяжу. [сделаю перевязку.] Я замотал ему руку. Снаряды рвались где-то рядом правее.
– Беги по дороге! В лесу найдёшь нашу санроту!
– Руку не опускай! Бинт весь в крови! Ординарец хотел мне что-то сказать.
– Беги! – закричал я, услышав на подлёте [залп] новую стаю снарядов. Через секунду взметнулись разрывы, стена дома рухнула, труба с печки сползла в сторону и вокруг меня завизжали осколки. Я метнулся от дома вперёд и через некоторое время был уже в роте. Ординарец успел убежать %%%. [Теперь он бежит по дороге.] Может это и счастье, что его ранило в руку? Может, навсегда отделался от войны. Залпы один за другим следовали по деревни. Я посмотрел вперёд на русло реки, там тоже рвались снаряды [залпы снарядов]. Что нас, каждого, ждёт впереди? Смерть при переходе русла на любом из участков.
Не смерть страшна? – рассуждал я, глядя на вскипающую воду и летящие глыбы льда. Её не избежать, если на тебя вдруг [сверху при переходе] обрушатся снаряды. Страх перед смертью! – вот что кошмаром давит сейчас. [давит сознание, выворачивает душу и убивает волю]. А если в русле тебя не убьёт? Если ты добежишь до твердой земли, успеешь укрыться под бугор [через проломы и пробоины]? Переживания человека сильней, чем сама эта проклятая смерть и её ожидание %%%. Но если она вдруг [наступит] %%%нет над тобой? Ты смиришься [с ней и со %%%] потому что не будет надежды! Ну, а если преодолеешь русло? Добежишь до берега и останешься жив? Ты же на бугор полезешь и там можешь сложить свою голову! За бугром стоит деревня. Тебе её нужно брать! А за ней ещё одна и ещё, и ещё! Когда это произойдет? Когда ты встретишься со смертью? Что собственно лучше? Сразу отделаться? Провалиться под лёд? Или потом, под какой-нибудь деревней отдать свою душу? Что же все-таки лучше? Лучше сейчас? Или лучше потом? Русский Иван всегда надеется на авось. Авось пронесёт! Авось, лучше потом! Да, но сколько раз придётся рассчитывать на этот авось, если тебе предстоит воевать не день, не два, не неделю и не месяц? Из-за леса вдали, где сидели наши тыловики послышался рокот мотора и самолёт И-16 в количестве одной штуки, задевая за вершины елей, вывалил вперёд. Он пролетел полукруг над Волгой, стреляя из пулемёта. На снежном покрове правее нашей роты я заметил движение, послышались голоса, стали подниматься солдаты. К нам в роту прибежал батальонный связной. Поступила команда подниматься в атаку. Красной ракеты не будет. Ракетницы не нашли. Я поднял роту и мы, раскинувшись в цепь, пошли к руслу реки. Подойдя к краю вскрытого льда, каждый из нас на ходу стал выбирать твёрдую перемычку, по которой можно было перебежать на ту сторону среди [покрытых водой открытых воронок]. Повсюду огромные воронки и весь лёд покрыт водой. Топтаться на месте ни секунды нельзя. А куда ступать? Везде вода под ногами!
– 18 – Снаряды рвутся кругом и рядом. В любую минуту могут ударить и здесь. В любое мгновение роту может накрыть [огонь разрывов] десятки снарядов.
– Давай вперёд! Быстрей до твёрдой земли! – закричал я и ступил ногой на перемычку. Солдаты сразу [уловили обстановку] поняли, что к чему. Слева и справа, насколько было видно, к разбитой кромке взмокшего льда подходила извилистая сплошная цепь солдат. Вот она разорвалась на отдельные [звенья в] куски и скрылась в дыму от разрывов. Перед нами тоже встали огромные столбы вздыбленной воды, летящие глыбы льда, зияющие холодной стремниной, пробоины. Рота в сотню солдат вдруг замерла на краю водной пропасти от ужаса. Пулеметного огня со стороны немцев не было слышно. Кругом ревели снаряды и рушилась вода. Под ногами ломался лёд. Перед глазами всполохи огня и непроглядная дымовая завеса. Куда бежать-то, совершенно не видно.
– Давай вперёд! – кричу я и бегу под разрывы. Перед нами снова и снова вскипает вода, летят осколки и куски разорванного льда, [поднимаются фонтаны воды %%%%%%%%%].
