Он увёл следопыта на противоположную сторону ручья, за скалы, и только тогда подготовил примитивный ночлег. Ужина в тот день не было, костёр решили на всякий случай не разводить.
С восходом солнца Моторин уже лежал на верхушке серой скалы и внимательно смотрел на город. Как это недоразумение вообще можно было назвать городом? Так, пара сотен неаккуратных домишек, зачем-то огороженных общим забором. И высота городской стены всего два с половиной метра, и на обратной стороне никаких приспособлений для защитников – ни бойниц, ни переходов, ни башен. Да уж, не кремль…
Раздался натужный скрип, это воин в кожаных латах по одной распахнул тяжёлые деревянные воротины. Тотчас из города выбежали сразу полтора десятка женщин с кожаными и берестяными вёдрами. Они размашисто черпали воду из ручья, и тут же убегали обратно, будто специально освобождая место у водопоя следующим.
Моторин прождал ещё больше часа, но за это время не вышел не только никто из мальчишек, но и вообще, ни один мужчина из города не показался. Наоборот, двое индейцев, одетых только в штаны и мокасины, вошли внутрь, неся на плечах длинную жердину с навешенными на неё заячьими тушками. Через какое-то время ещё один мелкий, но жилистый мужичок, кряхтя, затащил в город волокушу, доверху гружёную древесным углем. Видимо, привёз он свой груз издалека, потому что даже со своего места Моторин видел, насколько углежог запылился в пути. Сначала путешественнику показалось, что и обувь, и одежда и даже волосы у мужчины серого цвета, но вот, путник остановился возле самых ворот, бросил ручки волокуши, достал из неё веник и долго им обметался. Через пару минут оказалось, что одет он во вполне приличные тёмно-зелёные штаны, коричневую куртку, а на ногах углежога можно было рассмотреть вполне себе нарядные, расшитые мокасины.
Никого из входящих копейщики у ворот не остановили, но Паша всё равно решил не рисковать. Со своего места ему было видно, что часть домов используют общую стену вместо своей, примыкая к городской ограде. Так что он решил ночью наведаться в город.
Со дна ручья удалось наскрести пару килограммов глины, кроме того, там же лежали давным-давно утонувшие ветки, ставшие за это время морёными. Моторин подкатил в удобное место камень с ровной верхней стороной, и занялся делом. Раскатать глину в лепёшку, толщиной сантиметр нетрудно. А кусочки ветки послужат арматурой, чтобы плоские части не ломались. В середине следует устроить небольшой резервуар, подогнать к нему крышку с отверстием, и свернуть фитиль из кусочка ткани.
Моторин осторожно достал из рюкзака кувшинчик со скипидаром, со скрипом вывернул пробку из дубовой коры, и, используя расколотую вдоль палочку с выбранной ножом сердцевиной, аккуратно, почти по капле, залил скипидар в ёмкость. Окунул в него тряпочку, тщательно притёр глиняную крышку с отверстием, чуть вытащил фитиль до мокрого, и поджёг от зажигалки. Жёлтое скипидарное пламя сначала съело излишек тряпки, потом стабилизировалось, чёрный дым организованно поднимался сквозь отверстие в крышке.
Всё, примитивный скипидарный фонарь готов. Три стороны глухие, глиняные, и только передняя открыта, а значит, ни сбоку, ни сзади, свет не увидят. По-хорошему, стоило бы как-то проложить изнутри фольгу, а ещё лучше, полноценное зеркало, но где их взять? Так что придётся ограничиться тем, что есть. Ручку фонарю удалось изготовить из ветки, банально привязав её к деревянным «арматуринам» верёвкой. Какой-никакой, а всё-таки источник света.
Моторин почти до вечера перебирал рюкзак, решая, что с собой взять, и в итоге остановился на верёвке с небольшой кошкой. Из оружия взял только самострел, и тот на всякий случай. Это будет не боевая операция, всего лишь разведка. Он попросил Скунса разбудить его ночью, и упал спать прямо на жухлую траву в тени скалы. До захода солнца оставалась всего пара часов.
Марат задумчиво брёл по улице. До дома охотника Викэниниша оставалось пройти два поворота, потом обойти заброшенное здание, и ещё одна улица. Но можно было и проще – пересечь площадь. Утренний обмен на ней уже прошёл, так что много людей там быть не должно. Отохэстис, правда, не советовал ходить через площадь, но так хочется забрать мясо и скорее вернуться.
Хозяин, когда послал к охотнику, нарисовал даже план, как идти, и тщательно объяснил, что сказать при встрече. Марат даже некоторое время повторял по пути, чтобы запомнить:
– Радости тебе, охотник Викэниниша. Меня послал кузнец Отохэстис, чтобы сказать, что твой заказ готов и взять в оплату лосиную ногу.
Что за заказ, он даже не знал. Оба последних дня было не до того. А началось всё с пряжки. Отохэстис долго её рассматривал, потом спросил:
– Где взял?
Уверениям, что мальчик сделал пряжку сам, кузнец ни на копейку не поверил. Слишком хорошая сталь.
– Скуй такую же, тогда поверю, – безапелляционно заявил он.
