В этом мире появляются люди с Земли. Да что там люди, сюда ежесекундно попадают даже целые земные города. Вот только выживают в них единицы. Меньше чем один на тысячу. Судьба остальных — превратиться в голодных и опасных тварей.
В Улей я попал как и все. Проснулся от запаха кислятины. Закрыл окно и пошел досыпать дальше. А утром узнал, что мир сошел с ума. Электричества не было, из кранов не текла вода, сотовый не ловил. Выглянул в окно и ноги подкосились. Вместо стоящих пятиэтажек, рядами уходящих в даль, за окном оказались какие то коробки из гофрированного металла тянущиеся не менее чем на километр. То ли цеха, то ли склады. Это было настолько бредово, что у меня даже безумных предположений, на тему того что произошло не было. Внизу были люди. Такие же ошарашенные, некоторые бродили по территории этих складов–цехов, осматривались.
Надо спускаться. От сидения дома ответы не появятся.
Первое что увидел и услышал, выйдя из подъезда, был сосед с четвертого этажа. Маты, которыми он крыл непонятно кого, были весьма разнообразны и увлекательны, жаль что мало информативны. Однако, подойдя к нему, спрашивать о причинах его воплей стало незачем. На парковке соседнего, теперь отсутствующего дома стояла Половинка его, соседского Крузака. От придомовой парковки тоже была примерно половина. Парковка заканчивалась узкой трещиной, переходящей в бетонную площадку тянущуюся до ближайшего «гофрированного» здания.
— Игорек, что случилось то? — спросил я у примолкшего, что бы отдышаться соседа.
Мой вопрос видимо придал ему новых сил.
— Что??? Машину мля видишь? Да какая же сука, да я ж если узнаю, кончу ее падлу, самым зверским образом кончу.
— Игорь, тут не в машине дело, ты вокруг оглянись.
— Да насрать мне на твое вокруг, ты знаешь, сколько я за нее отдал, знаешь?
Тут диагноз понятен. Игорька переклинило. Достучаться не получиться. Надо двигаться дальше.
С южной стороны послышался рев моторов. Хоть я и не был спецом в военной технике, но сразу понял — вояки. Гражданская техника так не рычит. А вояки, это скорее всего хорошо. На рожон лезть не стоит, а вот подобраться поближе и посмотреть что там такое, это надо сделать обязательно. Колонна техники, которую я увидел рвала все, даже самые смелые шаблоны.
Четыре БТРа, два гражданских автобуса, пяток Камазов и два Белаза. Что за хрень. Белаз, это карьерный самосвал. У нас за городом такие на известковом карьере гоняют. Какой идиот формировал эту автоколонну? Замыкающим у этой цепочки оказался танк неизвестной мне модели. Что впрочем неудивительно. Из всех моделей танков я только Т-34 знаю, и то лишь из фильмов про войну.
Пробравшись поближе, я затаился за кустами на другой стороне дороги. Колонна растягивалась по городу, но один Белаз, один Камаз и один автобус встали около двухэтажного гипермаркета «Магнит», в котором обычно затоваривался продуктами весь наш район.
— А ну–ка вылазь. — это что, этот усатый мне что ли кричит? Меня же не видно, сколько раз я с той стороны дороги на эти кусты смотрел. Нереально меня заметить.
— Считаю до трех. — Н-да, похоже все таки он это мне, и автомат навел. Надо выбираться, а то пальнет еще. Что–то не похожи эти ребята на военных. Камуфляжка у них не однотипная, больше смахивающая на ассортимент из магазина охота и рыбалка, а у тех, что из автобуса повалили вообще сплошная «гражданка», все больше джинсы, куртки, у некоторых вообще рабочие спецовки. Это что за бред тут вообще творится?
— Два.
Все, идем медленно. Руки держать на виду. Не будет же он в самом деле в меня стрелять. Я медленно подошел к странному мужику, разведя руки в стороны открытыми ладонями к нему. Подошел.
— Руки то опусти, вижу, что оружия у тебя нет, к сожалению.
И что означают его слова? Жалеет, что нет повода меня прихлопнуть?
Витрина «Магнита» Со звоном осыпалась вниз. Несколько мужиков в гражданке и спецовках начали срубать острые края осколков стекла, торчащих в витринной раме, используя для этого какие–то странные мини–кирки. Радикальный метод шопинга у этих ребят из автобуса. Я увидел как единственный обладатель камуфляжа из приехавших в автобусе мужиков, четко и быстро отдает приказы остальным.
— Кислый, твоя бригада на крупы, сахар как в прошлый раз не забудь.
— Дундук, если заморозка у тебя снова потечет, помнишь, что я тебе обещал?
— Цыпленок, тару перекладывай, и мне похер чем, но бутылки должны в этот раз доехать целыми. Все. Понял?
Что–то имена у них какие–то больно зековские. Черт, куда я влип.
— Жить хочешь? — это снова мой усатый, хорошо, что автомат на меня больше не наставляет, но вот вопрос какой–то не больно хороший. Задумавшись, как правильнее ответить, я замешкался и тут произошло ЭТО.
Сначала раздались вопли. Оттуда, откуда я только что пришел. Из моего двора. А потом произошло сразу несколько событий. Одновременно.
