— Поздравляю, люди, с успешным доказательством того, что вы физически способны преодолеть испытание на прочность.
Слова императрицы были слышны по всему стадиону, но женщину нигде не было видно, она звала их снаружи, где бы они сейчас ни находились.
— Мы прошли ваше испытание, — крикнул Биар. — А теперь выпустите нас отсюда.
— Вы доказали свои физические возможности, — повторил гулкий голос Саэфии, — но не вся сила физическая. Вам еще предстоит пройти один заключительный этап, прежде чем вы пройдете Саэрон эсс Ваэдан.
— Эти Врата Силы быстро становятся занозой в моей заднице, — пробормотал Деклан.
Алекс согласилась с ним.
— Какова заключительная фаза? — крикнула она.
— Сила духа, — ответила Саэфии. — Но для этого только один из вас должен пройти тестирование.
Алекс скривилась и повернулась к друзьям.
— Ну, очевидно, это я.
— Сила духа — это своего рода твой дар, — сказал Джордан. — Намеренный каламбур.
— Как ты можешь шутить в такое время? — прошипела на него Д.К., явно все еще на взводе.
— Потому что это мой дар, — сказал он, подмигнув. — Или если не дар, то, определенно, талант.
Несмотря на кажущееся игривым отношение, Алекс могла видеть намек на темноту в его глазах. Он, как никто другой, знал силу ее разума… и эта сила освободила его от Заявления Эйвена.
— Я не уверен насчет этого, — сказал Кайден с предупреждением в голосе. — Что-то мне кажется неправильным.
Подобное заявление от кого-либо другого, и Алекс, возможно, отмахнулась бы от их беспокойства. Как сказал Джордан, сила духа была ее даром… или, по крайней мере, силой ее воли. Оба из которых были очень похожи. Но предупреждение Кайдена заставило ее задуматься, так как она знала, что одним из его даров была интуиция, которую он перенял у своей сестры.
— Стоит ли нам беспокоиться? — тихо спросила она его, зная, что Саэфии… и все остальные Тиа Аурас, которых они в настоящее время не могли видеть, — наблюдают.
После паузы Кайден медленно ответил:
— Я просто чувствую, что это может быть уловкой. Физическая сила — это одно, но существует много различных видов умственной силы. Мы не знаем, что может быть проверено на этом заключительном этапе.
Алекс прикусила губу, обдумывая его слова.
— Ты прав. Но я все еще думаю, что я лучше всех подхожу для этого. Хотя бы потому, что я не думаю, что они позволят это сделать кому-то, кроме меня.
Ей не нужно было повторять вчерашние слова Саэфии… как ранее напомнила им Д.К., их предупредили, что испытания были предназначены специально для того, чтобы бросить вызов Алекс.
Понимающий, но все еще обеспокоенный, Кайден кивнул в знак согласия и сказал:
— Будь осторожна.
Алекс постаралась придать лицу беззаботное выражение.
— Если все это у меня в голове, насколько это может быть опасно?
— Вы уже решили? — Саэфии вмешалась прежде, чем Кайден смог ответить, хотя его взгляд говорил о многом.
— Я сделаю это, — крикнула в ответ Алекс, едва удерживаясь от того, чтобы не закатить глаза, так как Саэфии услышала бы все, что они сказали.
— Очень хорошо, — согласилась императрица. — Чтобы пройти этот этап, а следовательно, и все ваше испытание на прочность, вам не нужно ничего делать.
Алекс обменялась смущенными взглядами с друзьями.
— Я не должна ничего делать?
— Если ты не можешь справиться с этим, тебе нужно только крикнуть «стоп», и все завершится мгновенно, — сказала Саэфии. — Ничего не делай, и ты пройдешь. Скажи «стоп», и ты потерпишь неудачу.
— Кажется, все достаточно просто, — сказал Биар со стороны Алекс.
— Жаль, что нам не дали такой возможности в горах, — пробормотала Д.К.
Алекс согласилась с ними обоими, но она также знала, что никто бы не использовал это слово, если бы это означало, что они потерпели неудачу. Точно так же, как независимо от того, что ей предстояло пережить, ничто не заставило бы ее использовать слово «стоп» — не рискуя всем своим миром.
— Ты понимаешь условия, Александра Дженнингс? — спросила Саэфии.
— Да.
— Тогда пусть начнется испытание.
Не было никакого способа описать то, что произошло дальше, кроме как сказать, что все вокруг Алекс сжалось. Стадион, облака, небо — все в поле зрения стекало, как тающий воск, пока от их пейзажа ничего не осталось. Вместо этого их окружение изменилось на что-то гораздо более знакомое.
— Нет, — выдохнула Алекс, крутанувшись на месте, точно зная, где находится. И хуже того, у нее было ощущение, что она точно знала когда.
Глядя на обеспокоенные лица друзей, когда они заметили ее неистовые движения и быстро бледнеющие черты лица, она слышала их обеспокоенные вопросы как размытый фоновый шум, когда ее пульс начал шуметь в ушах. Она не могла ответить ни на один из них; все, что она могла делать, это ждать, зная, что должно было произойти, и страшась этого всем своим существом.
Это не было испытанием на прочность, которое бросило бы вызов ее воле… это было испытание, которое бросило бы вызов каждой отдельной части ее существа.
— Мы на вершине горы Педрис?
