Издали донесся постепенно усиливавшийся перезвон колоколов. Васак натянул поводья.
– Эчмиадзин?
– Эчмиадзин! – подтвердил Гадишо.
– Там таронец… нет сомнения! Прибыл раньше нас и уже начал действовать!..
– Как видно…
Васак со злобой и отчаянием взглянул на Гадишо:
– Что же это? Он хочет весь народ поднять на ноги? Да я вызову из Зареванда персидские войска!
– Вот теперь ты дело говоришь! – отозвался Гадишо.
– Едем в Эчмиадзин! Я запрещу ему мутить страну! Я изгоню оттуда этого сумасшедшего Гевонда…
Но едва они подъехали к Эчмиадзину, как справа на дорогу хлынула многолюдная процессия, возглавляемая иереем Гевондом. То были жители Айраратской равнины, направлявшиеся в Эчмиадзин. Казалось, море выступило из берегов и нет никакой силы, которая могла би преградить ему путь. Оно бурлило и рокотало, грозя все смести и уничтожить.
Внезапно появилось еще большее скопление народа, возглавляемое Варданоы и нахарарами. Обе процессии слились воедино. Вардана Мамиконяна и пахараров несло течением навстречу Васаку. Вардан не сводил с марзпана сурового взгляда.
Сотник Врам придвинулся к Васаку, Гадишо поднял руку, как бы призывая толпу к спокойствию. Страх охватил Васака.
Князья въехали в Зчмиадзин и вошли в храм. Под его мрачными сводами было полно духовенства: многие прибыли издалека, по собственному почину все были встревожены.
Католикос обратился к князьям:
– Подчиняетесь ли вы? Поедете ли вы в Персию? Воцарилось тягостное молчание.
– Государь марзпан, отвечай! Подчиняешься ли ты вызову?
– Я – марзпан и подданный царя царей. Какое иное решение могу я принять – А ты, государь Арцруни, старейший из нахараров армянских? Подчиняешься ли ты вызову?
– Нет иного выхода, святейший отец! Возможно, что это к добру…
– Не к добру! – повысил голос католикос. – Не к добру! Венец мученичества вы можете принять и здесь!
– Венец мученичества ждет нас и там, владыка! – возразил Нершапух. – Неужели ты сомневаешься?
Католикос с тревогой оглядел остальных йахараров.
– Обращаюсь и к вам, танутэры и князья! Что предпочтительное- ехать или не ехать? Нужно ли ехать?.. Государь Мамиконян, дай ответ перед богом и народом!
– Надо ехать, святейший отец, – ответил Вардан. – Ехать необходимо, владыка, – повторил он. – Быть может, там, на месте, нам удастся предотвратить беду. Необходимо выиграть время!
– А если испытания породят смятение в ваших сердцах?.. Если кто-либо из вас ослабнет духом?!
– Слабые духом падут от нашей руки, прежде чем успеют примкнуть к врагам! – с непоколебимым спокойствием произнее Вардан.
Присутствующие со страхом взглянули на него.
Католикос высоко поднял евангелие и воскликнул:
– Поклянитесь на этом евангелии, что останетесь верны богу и народу своему! Государь марзпан, государь Арцруни, государь Мамиконян!..
Васак, Нершапух и Вардан подошли один за другим и, положив руку на евангелие, по очереди произнесли:
– Клянусь!..
После них присягнули и остальные нахарары.
Воцарилось торжественное молчание, какое наступает после принятия больших решений. Внезапно послышался нарастающий гул толпы, собравшейся под стенами храма.
– Люди добрые, они ехать согласились!.. – раздался чей-то полный злобы и тревоги возглас у самых дверей.
– Едут?
Толпа стала ломиться в храм.
– Эй, вы там! Потише! – крикнул один из сепухов, стоявших у входа.
Толпа на миг притихла.
– Князья и танутэры земли армянской! – возгласил католикос. – Натуре человеческой свойственно поддаваться соблазну, сатанинскому наваждению и впадать в малодушие… Помните же – на вас уповает народ армянский! Останьтесь верны вашей родине и святой вере! Да будет вам опорой народ армянский! Идите! Да будет с вами мир!..
– Оставайтесь с миром!.. – отвечали нахарары и, приложившись к руке католикоса, двинулись к выходу. Едва они показались, как народ хлынул им навстречу. Площадь огласилась гулом тысячи голосов. Напрасно пытались телохранители проложить нахарарам дорогу – толпа не расступалась.
После событий у Арташатского храма это было уже вторым проявлением дерзости и неповиновения. Васак потемнел от бешенства и взглянул на Гадишо. Но тот, скризая яросто, хранил молчание. Васак еще обдумывал, что предпринять, когда раздался окрик.
– Братья, преградите им дорогу! Не давайте им уезжать!..
– Разойдись! Разойдись! – кричали конные телохранители, размахивая плетьми и напирая на народ. Но толпа не поддавалась. Она оттеснила телохранителей и вплотную окружила нахараров.
Васак и некоторые другие хотели было приказать телохранителям разогнать народ силой. Но вмешался Вардан.
– Не трогать! – строго приказал он, выступая вкеред. Толпа затаила дыхание.
– Что вас смущает, братья? – спросил Вардан. Он и сам был недоволен столь необычным к дерзким поведением просто людина, но сдерживал себя.
Расталкивая ряды, вперед прошел Аракэл.
– Куда это вы едете?.. – с мрачным укором спросил он.
Все остолбенели: дерзость крестьянина переходила всякие границы. Его, конечно, ожидает суровая кара…
Но Аракэл, как бы опьяненный собственной смелостью, подошел к Вардану вплотную.
