Деншапух быстро удалился из церкви, сопровождаемый остальными персидскими вельможами. За ними последовали и жрецы. Повинуясь приказанию Дареха, в свой лагерь удалились и воины. Васак вышел из церкви медленными шагами и вместе со своими приверженцами вернулся к нахарарам.
Старшая госпожа лежала без сознания. С трудом сдерживая волнение, Вардан знаком приказал женщинам поднять ее и унести в одну из келий при церкви.
Нахарары были в сильнейшем замешательстве – Что ты сделал?.. Ведь это восстание!.. – обратился к Вардану азарапет.
Вардан ничего не ответил Со стороны персидского лагеря прибежали воины и сообщили, что персы готовятся к нападению. Вардан и сам уже заметил это. Сверкнув глазами, он воскликнул:
– Мы больше никого не можем ждать! Нужно сопротивляться теми силами, какими мы сейчас располагаем!
Немного поодаль стояли Аракэл и его люди, которые нетерпеливо ждали приказаний. Вардан позвал Аракэла и Погоса.
– Соберите всех способных носить оружие. Готовьтесь!
– Радостно нам твое приказание, Спарапет! – не удержался Погос.
Аракэл и Погос быстро удалились.
Взволнованно следил за событиями Артак. Душа его была в смятении. Рана Анаит оказалась опасной. В любую минуту могла прерваться нить жизни любимой им девушки. Где она сейчас, куда ее унесли?..
Обойдя церковь снаружи, Артак заметил госпожу Десгрик, склонившуюся над раненым. Она была так занята, что даже не заметила Артака.
– Княгиня!.. – с бьющимся сердцем заговорил Артак. Супруга Спарапета подняла голову.
– Она в той келье, князь!.. – и госпожа Дестрик показала рукой на келью в дальнем углу Артак бегом направился туда, но незнакомый молодой крестьянин негромко предупредил его:
– Князь, она при смерти!..
– При смерти?.. – Артак вздрогнул, словно от удара, и подбежал к келье Сн постучал. Вышла Югабер.
– Кто это? – спросила она, но, узнав Артака, склонилась перед ним и заплакала Артак вошел в келыо. В полумраке он увидел лежавшую на циновке Анаит. Голова ее покоилась на коленях госпожи Шушаник, а Астхик держала ее за руку. Монахиня собирачась вытащить стрелу из раны.
В глазах у Артака потемнело. Он стал на колени у ложа Анаит – тревога заставила забыть обо всех условностях.
Девушка была бледна. На лбу ее выступил холодный пот, сознание затуманилось. Она глядела на окружающих безразличным взором и дышала прерывисто.
Монахиня, пожилая женщина со строгим лицом, вся в черном, жила отшельницей на ближайшей горе. Услышав шум сражения, она пришла оказать помощь раненым – Если ее судьба умереть – прими ее душу. Если нет – даруй ей выздоровление!.. – шептала она, склонясь над Анаит.
«Неужели суждено умереть? – У Артака сжалась сердце. – Но если дтрела отравлена?..»
– Увы! Стрела отравлена… – проговорила монахиня.
Артак, задрожав, взял стрелу, повернул ее, стал рассматривать.
Анаит не приходила в сознание.
– Сестра… она скончалась?! – с ужасом пробормотал Артак.
– Яд впитался, – объяснила монахиня, безразличная к переживаниям юноши.
Печальное молчание нарушил глухой, постепенно нарастающий шум. Послышались дальние переливы военных труб, эхом отдавшиеся в горах. Неизвестно было, что это за тревога, но трубы играли сбор.
Артак вскочил на ноги. Нужно было спешить к Спарапету… Он колебался, глядя на Анаит, которая лежала бледная и неподвижная, похожая на покойницу. Хотелось остаться, не отходить от ложа любимой… Но, видимо, приближалось неприятельское войско.
– Иди, куда зовет тебя долг, князь! Время тревожное!.. – сказала княгиня Шушаник, грустно взглянув на Артака.
– Да, надо!.. – прошептал Артак.
Княгиня Шушаник с грустной покорностью произнесла:
– Пробил час смертный страны Армянской… Что теперь наша жизнь!
В дверь настойчиво постучали. Артак подошел. На пороге стоял его телохранитель.
Артак повернулся к княгине Шушаник, горестно глядя на Анаит: редкое и слабое дыхание едва свидетельствовало о том, что она еще жива – Иди, князь!.. Если судил господь – возвращена будет она тебе!.. – смягчившись, попыталась подбодрить Артака госпожа Шушаник. – Иди, начинается бой…
Артак в последний раз с любовью и горечью склонился над бледным лицом Анаит, вздохнул и быстро выбежал из кельи.
На паперти все еще стояли Вардан, Нершапух, азарапет и Шмавон.
– Не можем мы их дожидаться!.. – повторял Вардан, как бы разговаривая с самим собой.
Он оглянулся, подумал немного и обратился к Артаку:
– Возьми командование, князь!
Артак с изумлением взглянул на Вардана, но тот говорил серьезно. И Артак, поняв его мысль, вскочил на коня. Вардан взглянул на толпу и спокойно произнес:
– Пусть выйдут вперед те, кто дал обет!
– Мы все!.. Все! Приказывай, Спарапет!.. – откликался народ со всех сторон.
Густая толпа окружила Вардана и Артака. Вардан разделил бойцов на две части: половину отдал под командование Артаку, вторую половину оставил за собой. Женщин он построил в тылу.
Гевонд вступил в ряды бойцов, а католикос с остальными пастырями вернулся в церковь – служить молебен.
