От городских ворот отделилась процессия нахараров верхом на скакунах. Толпа повернулась в их сторону. Впереди ехал Васак. Он был в роскошном одеянии, выглядел радостным и старался придать своему прибытию торжественный характер. Ехавший рядом с ним азарапег также казался радостным, видом своим свидетельствуя о примирений и единодушии нахараров. Васак поддерживал эту видимость, – она была ему необходима. Он потерял все; теперь ему нужно было восстановить все, что было потеряно.
Со всех сторон заиграли сигнальные рожки, призывая к боевой готовности и достойной встрече марзпана и нахараров. Ла герь тотчас принял торжественный вид. Начальники отрядов выступили навстречу марзпану с докладом о состоянии своих полков. Вардан не подошел к марзпану; он продолжал обходить лагерь.
Во главе группы нахараров, составлявших его свиту, Васак объехал площадь и остановился посредине.
– У полков бодрый, боевой вид! – с удовлетворением заметил он. – Несомненно, они окажут войску Азкерта достойную встречу.
– Ты полагаешь, персидское войско действительно идет на страну Армянскую? – переспросил азарапет, чувствуя, что Bacaк неясно назвал конечную цель похода персидских войск.
– Двигается именно к стране Армянской! – поняв азарапета, намеренно подчеркнул Васак.
«Говорит: «К стране Армянской», чтоб я подумал, что не на страну Армянскую идут войска Азкерта!.. Безбожник!» – с горечью сказал себе азарапет.
Нахарары сошли с коней и окружили Васака, продолжавшего говорить о персидском войске, которое якобы «нужно все непременно уничтожить для острастки», – так, чтоб после этого ни кому неповадно было переступать границы Армянской страны. Затем Васак заговорил об отправке письма к византийскому императору Феодосию о том, что с этим делом не следует медлить.
– Я бы просил составить письмо сегодня же вечером.
– Соберемся у тебя во дворце, государь, – предложил азарапет.
– Именно это и хотел я предложить! – подхватил Васак, уловив мысль азарапета.
– Теперь мы должны всячески подчеркивать первенство государя марзпана, – произнес с многозначительным ударением Гадишо. – Это придаст нам вес и будет свидетельствовать в глазах императора о нашем единении…
– Именно. Несомненно!.. – подтвердили и нахарары. Подошедший в сопровождении Атома Вардан почтительно приветствовал Васака и кахараров.
– Как ты полагаешь, Спзрапет, не медлим ли мы? – спросил Васак.
– Конечно, медлим, как все: да! – ответил Вардан.
– Снова рассылать гонцов, что ли, чтоб, наконец, собрались нахарары?.. Ведь враг ожидается с часу на час!
– Ничего, подоспеют! – отозвался Вардан.
Вдали, на Вагаршапатской дороге появилось темное облако пыли, которое росло и поднималось все выше. Все устремили взгляды в ту сторону. Стало очевидно, что двигается войско, хотя невозможно было определить, кому принадлежат развевающиеся на ветру знамена.
Но сепух Давид, пристально вглядевшись, уверенно сказал:
– Под передним всадником играет скакун князя Амазаспа! А за ним, как видно, двигается полк нахарара Аршаруни.
Вардан быстро повернулся в сторону дороги. Подходил полк Мамиконянов, мысль о котором не покидала его все эти месяцы, на который он возлагал все свои надежды. Ему не терпелось хоть на час раньше увидеть пополнение, увидеть результаты усилий Амазаспа, – Амазаспа, который не подоспел в нужную минуту в Ангх. Вардана и сейчас охватывал гнев при одном воспоминании об этом.
Сепухи вскочили на коней и понеслись навстречу полкам.
Спустя некоторое время площадь заполнили воины полков Мамиконяна и Аршаруни. Это были прекрасно вооруженные и одетые юноши, особенно в полку Лмазаспа. Они громким воинским приветствием встретили марзпана и нахараров. Аршавир Аршаруни незаметно окинул Васака и Гадишо подозрнтельным взглядом, но, сообразив, в чем дело, постарался также поддержать видимость единения. Амазасп опасливо поглядывал на Вардана, который, обменявшись с ним взглядом, ничего ему не сказал.
– Полки обновлены с юловы до ног! – весело сказал Арщавир Аршаруни, подходя к Вардану.
Пока они беседовали, густая толпа подошла по Южной дороге к мосту через Аракс. Крупное сторожевое охранение, состоявшее из воинов и вооруженных крестьян, окружало какую-то группу – видимо, это были задержанные персы. Пройдя по мосту, они направились к городским воротам, но, не доходя, остановились, посовещались между собой и свернули в сторону площади. Когда подошли ближе, оказалось, что это ведут Деншапуха, могпэтов Михра и Ормизда вместе с Дарехим. Их вели из Ангха пешком, поэтому они только теперь добрались до Арташата.
Воинам приказано было доставить их в Арташатскую тюрьму, но по дороге толпы крестьян пытались расправиться с пленными. Воины не допустили расправы. Крестьян собралось так много, что они представляли серьезную угрозу. Среди них особенную ярость проявлял одноглазый крестьянин с изуродованным лицом Он возглавлял толпу, которая плотным кольцом окружала заключенных и сопровождавшую их стражу. Это был Саак. На его лице зияли незакрывшиеся еще раны.
