– К Варажу! Дело есть.
– Ни с места! – крикнул человек с дубинкой.
Гонец остановился. Появилось еще несколько человек, также вооруженных дубинками. Один из них подступил ближе, всмотрелся и решительно определил:
– Из предателей, ясно!
– Прямо в точку попал! -засмеялся гонец. – Вы бы лучше укрыли моего скакуна, не то могут увести… – при этом он махнул рукой в сторону ограды. – И быстрей, у меня нет лишнего времени.
Спокойный голос гонца внушал доверие. Его повели к Варажу. На пороге дома показалась Луис, вгляделась – и обернулась назад, выкрикивая точно безумная:
– Дэшхо!.. Скорей, Дэшхо… Выбежала испуганная Дэшхо.
– Смотри, Дэшхо, – Арцви!..
Потеряв голову от радости, Дэшхо кинулась Арцви на шею. Обняла его и Луис, обе начали целовать смутившегося юношу.
– Да погодите… – шепнул он. – Дело у меня!
Девушки повели его в дом. У Ваража обычно укрывались беглецы и люди, жизни которых в те смутные дни грозила опасность. Тут же были и Аракэл со своими товарищами. Вараж о чем-то совещался в углу с Махкосом. Увидев Арцви, все встали и окружили его, с нетерпением ожидая, чтобы он заговорил. Арцви чувствовал, что этим людям можно довериться. Считая излишними дальнейшие предосторожности, он сообщил:
– Завтра вечером Спарапет будет в городе. Готовьтесь! Он приказал поднять шум в северной части города, будто там завязался бой.
– Бог в помощь ему! Бог в помощь! – радостно повторяли присутствующие.
Вараж мигнул Дэшхо. Она выбежала. Чуть погодя вошли крестьяне во главе с Сааком.
– Порадую вас доброй вестью, братья: завтра ночью Спарапет войдет в город!
– Жизнь свою положу за Спарапета! Да будет к добру его приезд! – с ликованием воскликнул Махкос. – Будем сражаться, чтобы победить!
– Аминь! – тихо откликнулись со всех сторон. Вараж, сияя, взглянул на Аракэла:
– Эгей, Аракэл, пришел и наш день!
Аракэл сумрачно взглянул на него, оглядел всех и негромко сказал:
– Собирайтесь!
Собралось довольно много крестьян и горожан. Нельзя было сказать, чтобы они очень остерегались выдать себя. Вид у них был совершенно спокойный. Большую часть составляли крестьяне-беглецы; они безразлично относились и к опасности и к самой смерти.
Показался и Лусерэс. Аракэл поручил ему тайно выпустить из города несколько гонцов, которых он отправлял в отдаленные районы страны – сообщить весть о возвращении Спарапета. Арцви передал одному из них письмо Спарапета, которое следовало вручить Атому Гнуни.
Остальным крестьянам Аракэл велел прятаться в садах, пока не будет дан приказ о выступлении. Все разошлись за исключением старшин.
Вараж распорядился принести ужин для Арцви, хотя тот и отказывался, торопясь скорее вернуться к Спарапету. Несмотря на усталость, Арцви улыбался, поглядывая на Луис и Дэшхо, которые стояли в дверях. Казалось, ничего не произошло со дня их последней встречи, – так он был спокоен и невозмутим. Нельзя было, глядя на него, усомниться, что все пойдет хорошо и кончится благополучно.
– Слушай, как это вы там разгромили персов, а? – спросил Вараж.
Арцви взглянул на него и весело улыбнулся.
– Ну, разгромили – только и всего.
– И много их было?
– А кто их считал?
– Атиллу видел? Какой он с виду?
– Обыкновенный человек! – засмеялся Арцви.
– Большое у него войско?
– Большое!..
Веки у Арцви смыкались, его неодолимо клонило ко ену. Вараж распорядился:
– Постелите ему, пусть поспит. Видите, как он устал… С слипающимися глазами Арцви через силу улыбнулся:
– Да нет, я должен вернуться… Пусть только конь отдохнет.
– А тебе отдохнуть не надо, что ли?
– Сиарапет будет ждать! – И вдруг вскочил: – Где мой конь?
Он почти бегом пустился к коню, которого нашел в давильне жующим ячмень. Увидев Арцви, конь тряхнул головой и тихонько заржал Вслед за Арцви прибежали и Дэшхо с Луис и стали любовался скакуном.
– Какие красивые глаза! – поцеловав коня, сказала Дэшхо.
Арцви очень обрадовался, слыша, как хвалят его скакуна. По-детски счастливой улыбкой смотрел он на девушек и, прислонившись спиной к связкам хвороста, начал рассказывать о своем скакуне. Забыты были и Себухт, и Морская застава, и Атилла. О ловле одичавших жер.ебцов в стране гуннов Арцви рассказывал с воодушевлением и восхищением.
– Значит, страна гуннов – хорошая? – спросила Луис.
– Очень.
Луис вышла. Арцви и Дэшхо остались одни. Прижавшись к Арцви, Дэшхо сияющими глазами снизу вверх заглянула ему в лицо.
– Арцви, кроме своего скакуна, ты никого больше… никого другого не любишь? – тихо спросила она.
– Почему не любить? Люблю и других, – простодушно ответил Арцви.
– А меня? Меня ты любишь?
– Почему нет?
– А почему ты меня любишь, Арцви?
– Как это почему? Ты такая добрая, как же не любить тебя?
– Будешь часто, часто приходить к нам? – с трэдом выговорила Дэшхо.
– Когда кончится война, – да.
– Ах, эта война!..
– А как же? Ты ведь знаешь, что армянский народ в плену. Нужно его освободить! У бедного Спарапета ни сна, ни отдыха! Как взгляну на него, сердце на части разрывается!
На глаза Арцви навернулись слезы.
