Кодак продолжал оставаться в положении нападающего.
– В чьих глазах?
– Михрнерсэ.
Варазваган кинул на Кодака холодный взгляд и переспросил:
– И подкопался?
– Подкопался, государь! Михрнерсэ полагал, что Васак тайно подстрекал армянских нахараров к отсылке ответного послания и лишь прикидывается другом арийской державы. Но теперь он изменил свое мнение о Васаке.
– В том смысле, что Васак не заодно с Варданом?
– Именно так!
Варазваган выпрямился, прямо взглянул Кодаку в глаза и долго не отводил испытующего взгляда.
– А против меня какие ты козни строил?
– Я доказал, что ты только мешаешь Васаку. Что ты соперничаешь с ним и порочишь его.
– Поверил тебе Михрнерсэ?
– Нет, государь! Не поверил он и в искренность Васака по отношению к Персии.
– Чего же ты желаешь ог меня? Зачем ты явился ко мне?
– Чтоб предложить тебе мои услуги! – И Кодак, не моргнув глазом, уставился на него выжидательно.
– Потерял надежду на Васака, переходишь ко мне?
– Так, государь.
– Следовательно, ты человек продажный?
– Да, господин. Само дело таково: в жизни то одно удается, то совсем обратное…
Варазваган с усмешкой оглядел Кодака.
– А если представится случай – предашь и меня?
– Предам! – подтвердил Кодак.
Это уже показалось верхом наглости. Варазваган разозлился.
– Почему же?
– Если ты ослабеешь, государь, – с новой энергией начал Кодак, чувствуя, что пора нанести решительный удар, – кто же останется тебе верен? Сам-то ты останешься верен Михрнерсэ, если он падет? Что значат слова «предатель» или «верный человек»? Дай мне верное дело, и я буду ему верен!
– Значит, ты служишь лишь своей выгоде?
– Как и ты – своей выгоде! – ответил встречным ударом Кодак. – Кто же действует против своей выгоды? Варазваган переменил тему.
– Хорошо. Как идут дела Васака в Армении?
– Весьма успешно. Он собрал вокруг себя много сторонников. Многие армянские нахарары тайно тяготеют к нему.
– Есть надежда, что дела пойдут у него успешно и здесь?
– Есть. Но небольшая. Ему повредило ответное послание, отсылку которого он не сумел предотвратить. Он, вероятно, проиграет. Сейчас надежнее твое положение. Если б ты был на его месте – проиграл бы и ты. Но там был другой; другой и проиграл!.. Ты только потому и держишься крепко, что ты в стороне. От него уже многого не ждут, а ты еще способен внушить надежду. Михрнерсэ намекал мне на это…
Варазваган ничего не ответил. А Кодаку только это и нужно было: он почувствовал, что Варазваган что-то знает о подобных планах Михрнерсэ.
– Это стало особенно очевидно после взрыва ярости Азкерта, – добавил Кодак.
Варазваган промолчал. Кодак развил свой удар.
– Вот это и поколебало мою веру в Васака. Гиблое дело, государь! Когда была эта вспышка ярости, я заметил, что Михрнерсэ уже сделал выбор. Во время же моего вчерашнего свидания с ним я почувствовал, что он намерен передать звание марз пана тебе…
Варазваган вновь дал промах: он промолчал.
Кодак стал заметать следы.
– Большую милость оказал бы мне государь, если бы согласился принять меня на службу… Ты спрашивал: служу ли я ради своей выгоды? И я тебе искренне признался: да, служу ради выгоды. А выгода моя в том, чтобы служить большому человеку. Люблю удачливые дела и удачливых людей!
– А если ты обманешь и меня? – улыбнулся Варазваган.
– Не допускай этого! Не доглядишь -обману!
Кодак хорошо усвоил себе ту истину, что величайшая хитрость нередко заключается в искренности, и старался ловко играть на этой струне. Он обдумывал, как еще доказать Варазвагану свою готовность служить ему, и такое доказательство быстро нашлось.
Варазваган спросил:
– А как ты меня порочил перед Михрнерсэ?
– Я его убеждал, что ты имеешь в мыслях примкнуть к Вардану, чтобы вместе с ним свалить Васака. Я говорил, что Васак никогда не примкнет к Вардану, даже для того, чтобы погубить тебя. Мое суждение понравилось Михрнерсэ. Это было очень удачным ходом против тебя…
– И после этого ты дерзнул прийти ко мне?! – сурово спросил Варазваган.
– Дерзнул, господин! – не смутился Кодак. – Я думал, что мое прямодушие спасет меня. Будет разумно с твоей стороны, если ты простишь меня и подаришь мне свою дружбу. Ведь пользы тебе даже от моей смерти не будет никакой. Я пришел к тебе, потому что знаю тебя: ты человек разумный.
Варазваган не знал, на что решиться: немедленно выкинуть презренного старика или подождать, выслушать его до конца, выудить у него еще что-нибудь. Кодак уловил это колебание и не преминул им воспользоваться:
– Государь, ты хочешь выгнать меня?.. Возможно, ты так и сделаешь. Но я хочу напомнить тебе, что наступают смутные дни. Васак падет, но следующая волна может вновь поднять его. Счастье может улыбнуться и тебе. Дай же мне возможность послужить тебе хотя бы это время.
– Ладно, господь с тобой! – смягчился Варазваган. – Я подумаю… Пока ступай.
– Благодарю тебя, государь! – сказал Кодак. – Но пока что я не на службе у тебя, Я пока служу Васаку. Этому ты уж поверь!
– Почему?
– Низкое дело моя служба, но выполнять ее нужно красиво. Вопрос чести! Ведь ты еще не взял меня к себе… Варазваган рассмеялся.
– А если и вовсе не возьму?
