Вошли встревоженные нахарары, выжидательно взглянули на Вардана. Вардан рассказал им о своих намерениях, объяснил суть дела и попросил вынести решение.
— Мы согласны! — отозвались нахарары единогласно.
— Ну, тогда за дело! — сказал Вардан, вставая. — Выступаю послезавтра.
По коварному предложению азарапета, которое всенародно принял Васак, послание императору Феодосию составлялось во дворце марзпана. При составлении присутствовали все нахарары — как приверженцы Вардана, так и сторонники Васака. Самого Вардана с большим трудом убедили пойти к Васаку.
— Согласно твоему повелению, явились мы составить послание кесарю Византии! — торжественно возгласил азарапет, с самого начала перекладывая этим все бремя ответственности на плечи Васака.
— Рад весьма, государи! — отозвался Васак. — Приступим к делу.
Явился писец со свитками пергамента, чернилами и пером. Нахарары уселись и сообща принялись за составление обращения к византийскому императору. Оно гласило:
«Католикос армянский Овсеп со своими епископами многими и всем воинством армянским, марзпан Васак и Нершапух, владетель Арцрунийский, вместе со Спарапетом и старейшими нахарарами, шлют тебе, августейший кесарь Византии, свой привет и любовь».
Напоминая о тех тесных связях, которые всегда поддерживались между двумя странами — армянской и византийской, — армяне просили помощи в своей борьбе против персидской деспотии:
«…Избрали мы смерть свободную, но не жизнь рабскую. А если протянете вы нам руку помощи — вновь вернемся мы к жизни от смерти. Но если хотя бы немного запоздаете, пламя этого пожара перекинется на многие другие страны…»
Прочтя вслух текст послания, азарапет сказал:
— Подпишемся все и приложим наши печати!
Нахарары подписали свои имена и приложили родовые печати. Но азарапет потребовал, чтоб таким же образом была заверена и черновая копия послания.
— А это для чего? — возмутился Гадишо.
— Для полной достоверности! — пояснил азарапет. — Все случается: письмо может затеряться в дороге… все мы смертны… О чем тут думать?..
Все согласились и приложили руку и печать также к черновику послания. Азарапет свернул пергамент и взял его себе. Васак чувствовал, что этот пергамент когда-нибудь станет неопровержимой уликой против него в глазах Азкерта, но буря уже подхватила его и несла с собой. «Кто вошел в реку, дождя не испугается», — подумал он.
Азарапет, угадывая его мысли, продолжал изыскивать новые способы прижать его.
— Кто же отвезет письмо императору? — спросил Аршавир.
— Подобает это сделать лишь государю азарапету. Сопровождать его могут сеггухи, — сказал Шмавон.
— Правильно. Спутниками назначить сепуха Амаяка — брата Спарапета и сепуха Меружана — родича владетеля Арцруни! — дополнил Аршавир.
— Согласны? — спросил Шмавон, обращаясь к нахарарам.
— Согласны!.. — с недоброй усмешкой отозвался за всех Гадишо. Настаивать на том, чтоб с посольством отправился Атом Гнуни, он не решился, чтоб не вызвать подозрений: ясно было, что приверженцы Вардана не согласятся удалить из страны такого испытанного воина.
Составлено было послание и к князю Васаку Мамиконяну, как представителю нахараров армянских областей, отошедших к Византии после раздела Армении.
Затем Нершапух предложил разделить войско на три части: для похода в Агванк, для посылки на границу Атрпатакана и для оставления в Айрарате. Последняя часть выделялась для охраны центральных областей страны. Состав этих трех основных групп должен был быть смешанным: в них вошли бы отряды из полков всех нахараров — как выступающих в походы, так и остающихся в стране.
Васак понял, что такое распределение является результатом договоренности между приверженцами Вардана.
— Льщу себя надеждой, — торжественно заговорил азарапет, — что владетель сюнийский согласится остаться в Айрарате, как первейший среди нас…
Нахарары выразили свое согласие.
— В Агванк выступит Спарапет, а в Атрпатакан направится владетель Арцруни…
Никто не возражал. У Гадишо мелькнула мысль: «А в сущности это неплохо, что не мы решаем, что фактически мы как бы находимся еще в плену. Оставаясь же в стране, мы можем добиться многого…». Он многозначительно взглянул на Васака, и они поняли друг друга.
Вардан, проявлявший странное безразличие и неохотно внимавший обсуждению, встал и заявил, что удаляется: ему надо подготовиться к походу. Холодно простившись с Васаком и нахарарами, он удалился, сопровождаемый Амазаспом и Атомом.
По дороге Вардан задумчиво сказал:
— Опасную игру мы затеваем… Кончилась бы она добром!..
В полночь в покоях Вардана состоялось совещание, на котором решено было установить строжайшее наблюдение за приверженцами Васака, когда тот останется в Айрарате «охранять страну».
— Ну, в помощь нам господь и народ армянский! Приступим с богом!.. Доброй ночи! — вставая, сказал Вардан.
— Доброй ночи. Спарапет!
Нахарары разошлись по своим покоям. С Варданом остались Амазасп, Артак Мокац и Атом. Они догадывались, что Вардан хочет передать им свой завет. Так и было. Вардан обратился сперва к Атому:
