Я рад был узнать, что у вас хорошая компания на Земле и что ваши друзья смеются от радости, когда читают мои письма. Это самое длинное письмо, которое я когда-либо писал, и надеюсь, что оно вас обрадует. Вы так добры.
Ваш приемный ребенок
Фаун Лигг».
«Дорогой Фаун. Твои письма бесценны. Мой муж и я высоко ценим их. Нам сейчас не очень хорошо, но мы непременно напишем тебе тоже длинное письмо, как только разберемся с делами. У нас была трудная неделя, так что прости. Хорошо? И будь добр, извини Сэма за странные слова о рулетке и прочем. Мой муж обожает загадки. Передай наши лучшие пожелания твоей матери-самке, и брату-самцу, и сестрам-самкам. Мы будем думать о вас.
С любовью
Элит Мейсон.
P. S. Не выходи из гнезда, сынок. Твои соплеменники подняли бунт.
Приемный отец-самец».
Джереми Бейкер оказался единственным, кто уцелел, когда двигатели Вартон-Пурга вынесли «Ворона» в окрестности черной дыры и ее приливные силы незамедлительно сделали свое дело. Тяжко застонав, корпус корабля пошел крупными трещинами, а все индикаторы на его борту истошно завопили об опасности, лихорадочно перечисляя десятки возникших проблем. Джереми повезло лишь потому, что в момент катастрофы он был облачен в сверхпрочный скафандр, проверкой которого занялся от скуки, и успел напялить шлем, который держал в руках.
Он опрометью бросился к командной рубке в надежде снова запустить вартон-пурговский привод и вновь нырнуть в гиперпространство, хотя в данных обстоятельствах это скорее всего привело бы к взрыву корабля. Но «Ворон» так или иначе собирался взорваться, и попробовать стоило.
Впрочем, добежать он все равно не успел.
Корабль развалился на части буквально под его ногами. Джереми показалось, что среди кружащейся сумятицы гигантской мусорной тучи мелькнула на секунду фигура в легком форменном комбинезоне, но сказать наверняка он не мог. Куски «Ворона» как-то уж слишком быстро разлетелись в разные стороны, и Джереми очутился один в пустоте. Глотнув воды из аварийного запаса, он вяло подумал о том, когда же наконец почувствует невыносимую тяжесть в ногах, затягиваемых в гравитационный колодец быстрее, чем прочие части тела. Или это будет голова? Кажется, он полностью потерял ориентацию.
Все еще наполовину в шоке, Джереми огляделся в поисках непроглядной, беззвездной черноты. Да, вот и она. Значит, все начнется с правой руки?.. Что ж, по крайней мере, нестандартный способ распрощаться с жизнью. Сколько бы баек ни рассказывали на сей счет, на деле очень и очень немногим довелось испытать подобное приключение.
Через какое-то время Джереми показалось, что он слишком долго дрейфует в направлении черной дыры, не испытывая никаких особых ощущений. Если не считать, конечно, неясного пятнышка света, то и дело мелькающего рядом с ним; о причинах этой галлюцинации он мог лишь догадываться. В конце концов на Джереми навалилась неодолимая дремота, и он заснул.
— Ну вот, — удовлетворенно произнес чей-то голос. — Так-то лучше.
— Что?.. Как?.. Кто это?!
— Я флип, — ответил голос. — Тот самый мерцающий огонек, о котором ты недавно думал.
— Ты здесь живешь? — спросил Джереми.
— Конечно, с незапамятных времен. Для энергетического существа, владеющего психосилой, это вовсе не проблема.
— И твоя психосила помогает нам общаться?
— Да, Джереми. Покуда ты спал, я встроил в твой мозг телепатическую функцию.
— А почему меня все еще не растянуло в тысячемильную макаронину?
— О, я поставил антигравитационное поле между черной дырой и тобой. Это поле аннулирует ее тяготение.
— Зачем ты мне помогаешь?
— Всегда приятно поболтать с кем-нибудь совсем новеньким. Признаюсь, мои соплеменники по большей части ужасные зануды.
— Выходит, вас тут целая колония?
— Разумеется. Это превосходное место для изучения физики, а мы любим заниматься научными исследованиями.
— Я всегда полагал, что в подобных условиях не может развиться жизнь.
— Ты прав. Когда-то мы были материальными существами и прошли долгий путь эволюции, прежде чем наше солнце собралось сделаться суперновой. Тогда мы предпочли трансформацию бегству и остались здесь, чтобы изучить это природное явление вблизи и во всех подробностях. Думаю, ты уже догадался, что черная дыра и есть наша прежняя звезда. Лучшая лаборатория во Вселенной! Сейчас я все тебе покажу… Теперь ты сможешь уловить гораздо больше, ведь я немного поработал над твоими органами чувств, чтобы расширить их диапазон. Видишь ли ты ореол радиации Хокинга над горизонтом событий?
— Прекрасно вижу. Лавандовый, фиолетовый, пурпурный… Очень красиво. Просто великолепно. Скажи-ка, если я спущусь еще ниже и пересеку горизонт событий, мое изображение и впрямь останется там навечно? Смогу я потом вернуться и поглядеть на себя?
— И да и нет. Плененные гравитацией световые лучи действительно запечатлеют твой образ на горизонте событий. Но ты не сможешь вернуться и увидеть себя ныряющим в дыру. Уж что попадет туда, обратно точно не возвратится.
