— Я и по сию пору чищу ковры вечером, — ответила она, когда я ей об этом напомнил через неделю после того случая в парке, — чищу ковры вечером и по сию пору, везде, кроме отцовского кабинета, — сам знаешь почему.— Я молча кивнул, я знал, что в кабинет к отцу никто из нас не имеет права входить, за редким исключением и только тогда, когда там был отец, а Руженка имела право чистить там ковры только в его присутствии. Но то, что она пылесосит до сего дня по вечерам всюду, я сомневался. С той поры, как я стал ходить в гимназию, она определенно не пылесосила нигде… Вдруг будто она прочитала мои мысли и будто что-то ее кольнуло, будто она о чем-то вспомнила, о чем-то особенном, удивительном, непонятном, она посмотрела на меня и сказала, что сейчас же возьмет пылесос, чтобы я знал, как она на самом деле каждый вечер убирает, только не в кабинете… А сейчас, мол, вечер и никого нет дома. Она моментально убежала и через секунду вернулась с пылесосом. Включила его в пурпуровой комнате, стала возить по ковру и при этом рассказывать. Рассказывать о чем-то особенном, о чем-то особенном, удивительном, непонятном — о пани Кратиновой…
Пани Кратинова вся черная, волосы у нее белые как молоко, лицо бледное и худое, но кто на нее внимательно посмотрит, тот увидит следы былой красоты. Она была красива, как жена императора, которую убили в Женеве. Это было очень давно, так что об этом может помнить только бабушка, которая, говорят, знала императрицу лично. Но пани Кратинова жила еще задолго до императрицы, так что ее не помнит даже бабушка. И все-таки она ее знала. Как раз в Италии, куда ездила каждый год на паре белых лошадей или на двух парах. Знала по той картине в полуразрушенном замке в Калабрии… Впрочем, пани Кратинову знали и другие, знают ее и сейчас. Ее постигло страшное, невероятное несчастье…
И тут у Руженки вдруг прервался голос, будто она собиралась упасть в обморок, труба от пылесоса задрожала в ее руке и чуть не выпала, и она стала рассказывать совсем иначе, чем до сих пор, — задыхаясь, прерываясь, волнуясь. При этом она совсем забыла о чистке ковра, так что всасывалась пыль лишь на одном месте, как раз под роялем, где вообще нет пыли…
