– Это ты правильно толкуешь, – неожиданно поддержал чужака Машег. – Судьба человека – в руке Божьей. Вызнавать ее – дурно. А вот подсказать, что лучше, – можно.
– Хочешь, тебе подскажу? – предложил парс.
– Давай. Только про кровь не надо.
– Про кровь и не буду. Ждет тебя встреча скорая. Будет у тебя друг новый. Близкий друг. Скоро! И знак его – меч и мед.
– Меч – это хорошо! – вставил Понятко. – Лишний меч нам не помешает. А мед мы выпьем!
Хузарин промолчал: он обдумывал сказанное.
– Ладно, – подал голос Духарев. – Что ты предсказатель, мы уже поняли. Не поняли только, почему ты от нас удрал.
– Я звездочет, – еще раз повторил парс. – Я гляжу на человека – и вижу.
– И это мы уже слышали, – поморщился Сергей. – Давай выкладывай, чего ты испугался?
– Тебя, – мрачно изрек парс.
По ухмылкам варягов видно было: заявление парса им понравилось. Когда твоего вожака боится даже чужеземный колдун – это приятно.
Духарев их восторгов не разделял.
– И что же ты во мне такого увидал? – неприятно усмехнувшись, спросил он.
– О тебе звезды молчат.
– Ха! – воскликнул Устах и хлопнул парса по спине так, что тот чуть не опрокинулся в костерок. – Потому что он сам – ведун!
– Он прав? – спросил Духарев парса.
Тот покачал головой. Его ободранная физиономия мучительно исказилась.
– Звезды тебя не знают, – выдавил он.
Сначала Серега не въехал. Да, собственно, никто из варягов не въехал. Разве что у Машега мелькнула в глазах искра понимания. А потом…
– Давай-ка отойдем, – сказал Духарев, вставая.
На лицах кое-кого из его спутников проступило разочарование.
Они выбрались из овражка и отошли шагов на сто. Серега оглянулся, автоматически отметил, что огня не видно и дымом почти не пахнет.
Варяжская собачонка скатилась откуда-то сверху, тявкнула на парса, ткнулась Сереге в ноги.
– Свой, свой, – успокоил Духарев. – Сторожить!
Собачонка еще раз тявкнула и прошебуршала обратно.
Вдалеке тонко взвыл волк. Или шакал. Пасущиеся кони подняли головы, насторожились. Но сразу успокоились. Зверь далеко, а люди близко.
– Ну что там звезды? – проговорил Сергей. – Как это – они меня не знают?
– Человек рождается под звездами, – сказал парс. – Он рождается – и звезды видят его. Они ставят… оставляют отметки на нем. Одни из них благоприятствуют ему, другие враждебны. Ученый звездочет, зная, когда и где рожден человек, может расчесть человека и всю его жизнь. Веришь?
– Допустим, – Духарев и в прежнее время признавал, что в астрологии что-то есть. – Но что-то я не заметил, чтобы ты высчитывал, когда делал свои предсказания моим ребятам, – произнес Сергей.
– Я не просто ученый! – с важностью произнес парс. – Я великий звездочет! Звезды сами говорят со мной!
«Псих?» – подумал Духарев.
– Увы мне, великим мира сего недоступно понимание по-настоящему великого! – вздохнул парс. – Им желательно видеть красивые картинки да свитки с исчислениями…
– Ближе к делу, – перебил его Серега. – Почему ты сказал, что меня звезды не знают? И что это значит?
– Не гневись на меня, демон! – быстро проговорил парс. – Я буду молчать!
– С чего ты взял, что я демон? – опешил Духарев.
– Звезды не знают тебя, ибо ты не рожден под ними! – напыщенно произнес парс. – Посему ты демон.
– Да? – Серега ухмыльнулся. – А может, я бог?
– Воистину, ты шутник, демон! Будь ты бог, воплощенный в человеке, тело твое все равно было бы рождено женщиной под этими звездами.
– Ты что же, видишь, что я демон? – осведомился Духарев.
Он с огорчением начал понимать, что полезная информация, которую он получит от парса, скорее всего, не будет больше той, которую он получил от бабки-колдуньи, набросившейся на Серегу с палкой.
– Я вижу, что ты не рожден под этими звездами, – сказал парс. – А мне доподлинно известно из…
Беда с этими учеными! Что здесь, что в мире передовых технологий у них одни и те же заморочки. Набьют голову знаниями и готовы с ходу выдавать решения на все вопросы. И лишь немногим приходит в голову, что много знаний – это еще не всезнание.
– Плевать мне, что тебе известно! – перебил он ученого парса. – Я. Не. Демон! – произнес он раздельно. – Прими это как данность. Как я понял, обо мне ты ничего не можешь сказать?
– Нет, но…
– Стоп! А о моих воинах?
– Не многие из них переживут это лето, – мрачно произнес парс.
– Кто? – спросил Сергей.
– Не знаю. Беда над ними всеми. И над всей вашей землей. Этот год принесет перемены, а перемены – это всегда смерть многих. Может, и мне тоже, – грустно проговорил парс. – Скоро.
– Хочешь, я отпущу тебя? – Серегу вдруг пробило на милосердие. – Прямо сейчас?
Прошлой зимой Серега со Сладой и трехмесячным сыном решили съездить в Витебск. Сына крестить. В Витебске, как сказали Сладе, жил сейчас булгарский священник, а в крохотной полоцкой общине священника не было.
