Того, что нас обнаружат очередные турецкие разведчики, мы не опасались . По приказу наблюдателей, на время проведения мероприятий, связанных со случившимся инцидентом, обе стороны конфликта обязаны были вернуть своих бойцов на исходные позиции до особого распoряжения наблюдателей «Игры». Так что на полигоне и уж тем более во фронтовой полосе на данный момент находились только: мы двое, плюс Сашенька, пленные второкурсники из Университета Сабанджи и три их «условно мёртвых» товарища.
Турки, с мешками на головах и тщательно связанные лично мной, лежали рядком, рядом с задним бампером «Карателя». Подальше от глаз всё ещё всхлипывавшей и подрагивавшей после пережитого Бельской, которая доверчиво жалась ко мне, съёживаясь от каждого протяжного стона неудавшегося насильника.
В отличии от попавших под моё заклинание парней и нашей одногруппницы, словившей в висок пулю из M4, подранок всё ещё подвывал от болей, как в переломанных моим ударом рёбрах, так и в отбитом паху. Оборвать его мучения можно было,только пристрелив гада, однако делать этого я не собирался. Не потому, что был садистом и наслаждался криками парня, а потом, что он нужен был нам живым для того, чтобы предъявить его наблюдателям.
Да и вообще, насколько я помнил из лекций Грема, не так уж он и страдал. Имплантированный ему чип, давно уже повысил болевой порог и на данный момент уродец ощущал от силы пять-шесть процентов того, что заслужил. В общем-то это было логично, ведь целью «Большой Игры» являлись не издевательства над игроками, а симуляция реальности. Ну а все неприятные ощущения, оставили по двум простым причинам.
Во-первых, чисто психологической, потому как за пять лет прoведённых в «Игре» вполне можно было словить комплекс «Бессмертного» и полностью потерять инстинкт самосохранения. Например, после выпуска – забыться и шагнуть с балкона седьмого этажа, не обладая специальными техниками. Попасть под автомобиль или по глупости подставиться под пулю. К тому же, чиcто теоретически, после такого длительного перерыва, любая, даже самая незначительная ранка, должна была вызывать у человека натуральные болевые спазмы, от которых вполне мог случиться шок, а то и остановиться сердце.
Всё это плавно переходило во-вторую, не менее важную причину, связанную с физиологией нашего организма. Дело в том, что чиповка, в общем-то, не была стопроцентной страховкой от настоящих травм. Всегда можно оставалась вероятность неудачно упасть и на самом деле сломать себе ногу или работая на станке – потерять палец, а то и целую руку. Да много еще чего, вплоть до удара током из самой обычной рoзетки, ведь внедрённое в чип комплексное заклинание не делало человека неуязвимым.
Основной его функцией было оберегать реальное тело «пешки» от негативных воздействий со стороны других «пешек». Проще говоря, делать так – чтобы мы на радостях не переубивали друг друга. Объединённые в своеобразную под пространственную метамагическую сеть,чипы всегда знали: «кто», «кого», «как» и «когда», а потому просчитывали и моментально нейтрализовали все действия другого игрока, от которых реальное тело человека могло получить хоть малейшие отличия от эфирного, считавшегося «эталонным». При этом,имитируя все должные повреждения честно oбрабатывались и визуализировались в виде, так называемых, «сложных иллюзий».
Как это на самом деле работало в «высших» сферах – а хрен его знает. Мне было известно только, что оторванная рука, как бы страшно не выглядела рана, на самом деле остаётся на месте. Чип всего лишь парализует её и делает невидимой даже для «Третьего глаза». Хотя её вполне можно было пощупать, что как я понял,использовалось в диагностических целях.
Точно так же, если игрока взрывом разрывало на мелкие кусочки, ничего подобного на самом деле не происходило, а реальное тело человека, следовало искать возле визуально самой крупной части. Ну и ещё… когда на посиделках в Общаге, в середине сентября Мишган, сo второго курса по дурости отсёк себе своим же мачете пару пальцев,и его одногруппникам пришлось вести парня в больницу, обрубки они забрали с собой. Те, хоть и являлись иллюзией, но уже чипованные ребята вполне могли их поднят и переложить в санитарный контейнер, в то время как моя рука ощущала лишь пустоту.
Так что схема применительно к человеку получалась примерно следующая: Наступишь на гвоздь – поранишься по–наcтоящему. Уколешь сам себя или это сделает другой игрок – повреждение будет иллюзорная. А если тебя пырнёт Дядя Вася с улицы – то опять же пострадает реальный организм. Но и в первом и во втором и в остальных случаях начальные ощущения будут схожи.
Вертолёт приземлился,и пилот заглушил двигатель. Сразу же вспыхнуло несколько магических светляков, вырвав из темноты фигуры пятерых выбравшихся из внутренностей машины людей и подошедшую к ним Касимову. Они o чём-то переговорили, и девушка повела их к нашему холму.
