— Владеющие без использования камней-накопителей не могут пользоваться и даже чувствовать силу вне зоны искажения пустошей. В удалении от границ сумеречной зоны связь физического и эфирного тела слабеет, никакого видимого спектра эманаций силы быть не может.
— То есть вот этого отзвука живого пламени, — коснулся я шрама, — теоретически быть не должно?
— Именно так.
— Вообще никакого сияния не должно быть, абсолютно никаких проявлений?
— Вообще.
Когда Арина недавно лежала грудью на купейном столике, я видел горящую зеленым светом вязь татуировки по ее спине. При воспоминании об этом появилось настойчивое желание повторить и проверить. Говорить боярыне про ее сияющую татуировку не стал: вряд ли она уникум, скорее всего это связано только со мной. Рано еще о таком говорить, пока сам слабо представляю, что происходит. Очень не хочется оказаться в лабораторной камере, под взглядами ученых мужей экспериментально спариваясь во благо науки.
«Активнее, юноша! Активнее движения тазом! Коллеги, как видите, моя теория о связи широты амплитуды и увеличения яркости сияния работает!» — как вживую в голове прозвучало поучительно-гнусавым голосом, заставив аж плечами передернуть.
Следующие несколько минут прошли в тишине. Я был несколько обескуражен свалившейся уникальностью и ее последствиями, поэтому молчал. Арина была несколько обескуражена произошедшим, поэтому тоже молчала. Не очень понимая, что теперь делать, я слушал урчание в желудке и думал, как бы намекнуть, что время к ужину. Но только открыл рот, как дверь купе снова распахнулась и появилась Белоглазова.
— Быстрее, за мной!
Следуя за девушкой в сером, я миновал пустой вагон-ресторан, салон-вагон в котором ехали Аминов и Белоглазова, после оказался у себя. Серая боярыня протащила меня к купе, ввалилась вместе со мной. Повесив табличку «Не беспокоить», она закрыла дверь, прислонившись к ней спиной.
— Владимир, мне надо с вами серьезно поговорить.
— О том, что моя уникальность — тайна, которую нельзя открывать никому, кроме лишь нескольких избранных среди владеющих силой?
— Арина уже…
— Нет, это же очевидно.
— Да, об этом.
— Я все понял. Когда мне можно будет показываться на люди?
— Я предполагала сделать остановку в Нижнем Новгороде на несколько дней — вам нужно пошить мундиры, и сделать много других разных вещей. Но хороший портной есть и в Скобелеве, с обеспечением вас как профессора я помогу. Так что планы поменялись, и мы без остановок следуем до Гурьева, это на Каспии.
— Еще где-то сутки?
— Поменьше.
— Маргарет. Она будет…
— Вы почувствовали недомогание, у вас возникли болевые ощущения. Я дала вам морфия, так что вы крепко спите.
Она действительно принесла с собой морфий. Ох уж этот наивный двадцатый век, когда тяжелые наркотики использовались как лекарство. Хорошо хоть не героином угостила. Хотя я не ребенок, и не кашляю, а именно детский кашель в начале века лечили этой дрянью.
— Нет-нет, спасибо, у меня на опиаты аллергия. Можно парочку бутербродов, желательно с ветчиной?
— Что, простите?
— Когда меня скрыла от чужих взглядов боярыня Цветаева, я пришел в вагон-ресторан пообедать. Не ел я… очень давно и очень, знаете ли, хочется мне кушать. Да, и кофе еще было бы неплохо, если не затруднит.
— Вы сейчас уже «спите», и не должны шуметь. Кофе же…
— Когда нейроны перенапряжены и надпочечники истощены, кофеин действует как седативное, прекрасно укладывая в кроватку.
«Что ты такое несешь?» — посмотрела на меня Белоглазова, но вслух ничего не сказала. Перекус мне боярыня организовала, причем в достаточном количестве для того, чтобы после еды провалиться в томную негу и завалиться спать. Чего я делать конечно же не стал — засел за отложенные книги и справочники.
Углубившись в доступные знания, понял сразу несколько вещей. Стало понятно, почему Ксения — «царица», как сказал недавно великий князь, что царапнуло мне слух. Теперь же ясно, что императорская семья вместе со двором и столицей перебрались в чистый от влияния скверны Тихоокеанский регион, а по периметру границ Плетей в России были созданы царства, по примеру уже существующего Польского: Финляндское, Персидское, Критское, Северное, Балканское. Как и в других больших державах, в России владеющим силой дали власть в автономиях. В Западной Европе, по аналогии с русскими царствами, были созданы провинции, комтурства и командорства под эгидой рыцарских орденов. Признававших, кстати, на собой власть Организации Тринити, как и русские бояре, только формально.
