Вместе с этими словами всё тело некроманта обожгло нестерпимой болью. Тревора скрутило от боли, ему казалось, что через тело проходят миллионы молний разом. Он боролся, как мог, пока эти убийственные ощущения не отпустили его. Тревор понял, что это — ощущения Аэгрона, что передали ему слова из книги.
Когда он справился с порывами боли, Тёмный маг попытался осознать то, что сейчас поведала ему книга. Герой был дружен с тем, у кого сейчас его дочь. Чтобы нанести урон дракону, человек пожертвовал жизнью и большей частью души, осколок которой должен был переродиться.
«Значит… значит всё бесполезно. Если такой человек, как Аэгрон смог отколоть его чешуйку только с разрешения самого змея… Неужели, всё?» — подумал Тревор. Но он не успел продолжить его мысль, как его прервала мысль-речь его ученика:
«Грандмастер, я нашёл тело. Но есть одна проблемка.» — сказал ему Купер. «Какая еще проблема, трупный червь тебя сожри?» — с нескрываемым гневом в голосе заорал на своего ученика некромант. «П-ппростите, Учитель… Н-н-но мне не достать его тело. Оно находится у Ишшоадерсансандара». И тут некроманта покинули силы. Этот паршивый змей мало того, что отнял у него дочь, так ещё и тело человека, что ранил его, тоже находилось рядом с ним… Некромант не знал, что ему дальше делать…
Его размышления прервали звуки пяти открывшихся порталов.
II
В пустотах горы, в образовавшемся кратере было прохладно. Стены кратера, ровно, как и пол, были покрыты базальтовой коркой. Эта корка, вероятнее всего, появилась из-за необычного дыхания владельца данной горы. По всем стенам искусственной пещеры виднелись проемы. Со стороны это выглядело, как каменный сыр, ведь таких нор было крайне много, и находились они по всей стене, от пола до самого верхнего края стены.
И сейчас, по пустой площади этого кратера шагали двое. Девушка-подросток, и высокий тёмный эльф. Эльф, не смотря на свое происхождение, ступал крайне тяжело, оставляя следы на столетнем камне, проминая его, как будто это был не крепчайший минерал, а масло из молока. Но, не взирая на такую несостыковку, пара шла и о чем-то беседовала…
— Что ты знаешь о драконах, моя королева? — прозвучал вопрос эльфа, отдаваясь эхом под сводами пещеры-кратера.
— Ничего, если честно. Я ощущаю пламя внутри себя, но я ничего не знаю о себе и своём роде. — ответила на вопрос девушка, шедшая рядом. — Но я хочу узнать о себе и своем народе больше. Поведай мне, Ишшоадерсансандар.
— Можно просто, Ишшо, моя королева. Я расскажу тебе всё, что знаю. Только позволь я тебе покажу одну вещичку.
С этими словами лицо эльфа начало преображаться. Всё лицо мигом покрылось рябью, которая постепенно стала превращаться в серую дымку. Полыхнуло пламя, дымка превратилась в чёрный дым, из которого стали проглядываться очертания морды зверя. Большие ноздри стали выдыхать пары серой дымки, которая ранее покрыла голову тёмного эльфа. Сквозь дым стал виден ореол глаз, которые светились ярко бордовым светом. Девушку напугала та скрытая ярость, что скрывалась в этом взгляде. Но она не успела сделать даже шага в сторону, как услышала грозный рёв существа, что скрывал дым.
— Грушшак, явись! — прорычал дракон рядом с девушкой. — Явись на свет и яви нам Аллори!
С этими словами от стены пещеры отделилась тень и стала опускаться, паря в сторону шагающих. Спустившись и коснувшись земли, тень стала обретать жуткую форму. Бледно-серый силуэт окутывала куртка из чёрной кожи. Рваная, затертая куртка была покрыта следами засохшей крови. Из-под рукавов выглядывали такие же бледные руки, ладони которых оканчивали уродливые, длинные когти. Проявившуюся морду было трудно назвать лицом. Неестественно огромный рот, разрез которого шёл от уха до уха, был украшен большими, острыми клыками. Глаза были покрыты пеленой, которая создавала видимость слепоты существа на полу.
— Я явился на твой зов, Ишшоадерсансандар. — прошипело существо. — Приветствую и тебя, Королева.
— Отдай ей Аллори и скройся. Ей ещё рано знать о тебе и твоем, и не только, существовании. — мелодичным голосом произнес дракон в образе эльфа.
— Глупый драконишка. Забыл, чтоль, что в этой форме ты не обладаешь и десятой своей силой? — произнесло существо, растянув свой уродливый рот в подобии улыбки.
