– А ты продолжай, продолжай. Кроме воды, что ещё умеешь?
– Зажечь свет, но я вижу в темноте, мне это обычно не нужно. Зажечь огонь, много огня. Защитить от того огня. Ещё танцевать, но это вряд ли важно.
– Кто ж знает, что важно, а что – нет? А ещё?
– А ещё не знаю.
– Вчера ты сказала, что убивать тоже умеешь.
– Оказалось, что умею, – сегодня этот момент представлялся чем-то таким, что случилось не со мной.
– Как это произошло?
– Я сама не поняла. Человек напал на меня… а я ответила. Было темно, я видела, конечно, но не всё. Лео потом сказал, что я едва на нож не напоролась, и если бы отреагировала не так быстро – то там бы и осталась.
Он поднялся, встал напротив.
– Хорошо. Вот, я угрожаю тебе. Отвечай, – и стоит, смотрит на меня, но не нападает.
Просто так, что ли? С ходу? Без повода? Это как вообще?
Если честно, то даже дева-огонь Барбара Ливарио не била никого просто так, то есть – я пока не встречала доказательств обратного. Как будто она всё же реагировала на то, что происходило вокруг неё, а не самодурствовала. Другое дело, что в здешних реалиях любую активность женщины, похоже, многие считают самодурством…
– Так, понял. Не умеешь. А если поступим иначе?
Я и не сообразила ничего, а он уже схватил меня за руку и дёрнул к себе. Вот тут уже включились рефлексы тела – вывернуться из захвата, резко и точно, а вторая рука полетела предполагаемому обидчику в лицо. Пламя сорвалось-таки с кончиков пальцев, но Мастер мгновенно выставил защиту, а выпущенное мной поймал и распылил в воздухе, а там и нейтрализовал. Вот как можно, оказывается.
– Уже лучше, – кивнул он. – И впрямь, можно научить, может быть толк. Но нужно ли это тебе, дева?
Я стояла и отдышивалась.
– Нужно. Мне не нравится, что в такие моменты я как будто уже и не я. Как будто тело что-то делает само, а я даже и не понимаю, что это было.
– И давно у тебя так?
– С того момента, как я проснулась в доме Вороны. Шесть недель.
– И ты полагаешь, что раньше было иначе, – Мастер Кракен вернулся за стол. – Сядь, – кивнул на лавку. – И рассказывай, что там за история, как ты оказалась у Вороны.
– Вот об этом-то я и не знаю, – покачала я головой, садясь напротив Мастера. – Я очнулась… как новорожденный ребёнок. Почти. Пока я была в беспамятстве, мне снилось, что у меня совсем другая жизнь. Была. А потом добрые люди рассказали, что случилось.
– Добрые люди – это Ворона? – усмехнулся Мастер.
– Нет, Ворона только командовала. Ей не понравилось, что меня доставили к ней в дом, но отказать она не смогла, я так это себе представляю. Но там есть целительница госпожа Марта, она рассказала больше. Она же залечила мне синяки, ссадины и иные повреждения. И ещё был Мастер Звездочёт, старик в зелёном халате. Наверное, вы знаете, кто это.
– Знаю, – спокойно кивнул Мастер Кракен.
– Он… бывает в том доме. Ему показали меня, и он взялся помочь мне вспомнить, кто я есть.
– И как? Преуспел? – почему-то Кракен усмехался.
– Он помог мне отчасти упорядочить знания о магии, – нужно быть честной, если я хочу что-то тут получить. – А потом решил, что я представляю ценность, и захотел меня к себе в семью. Младшей женой среднего внука.
– А ты? – он смотрел очень и очень внимательно.
– А я почему-то не обрадовалась, чем немало огорчила почтенного человека, – усмехнулась я. – Но я не знаю, чем бы у нас с ним завершилось, если бы вчера вечером на меня не напали бы.
– Кто мог прислать убийцу?
– Не знаю. Честно не знаю, кому я могу мешать. Понимаете, чем мне понравилось предложение Лео – тем, что здесь можно скрыться, и ещё он сказал, что отсюда не выдают. Скрыться и учиться – что может быть лучше в моём положении?
– Выйти замуж за сильного человека, – он смотрел на меня испытующе.
– Понимаете, если уж дойдёт когда-нибудь до замужества, я хочу, чтоб женились на мне, а не только на тех выгодах, которые можно через меня заполучить. Любой договор работает лучше, когда он выгоден всем сторонам. Для того, чтобы понять, чем я вообще располагаю, я должна лучше знать себя. Вспомнить свою прежнюю жизнь, и овладеть своей силой.
– А если вспомнить не получится?
О, в овладении силой сомнений нет, хоть то хорошо.
– Тогда буду жить, как есть, исходя из того, что буду иметь. Сейчас я имею только разрозненные куски… а я хочу целое. Целую себя.
Не голема с мозгами Вари и телом Барбары, а – единый организм.
Он снова молчал, потом спросил:
– А если ты увидишь того брата, что нанёс тебе оскорбление?
Теперь пришлось помолчать мне. И точно сформулировать ответ.
– А что я могу? Кроме как простить и сделать вид, что ничего не было, а это… это неправильно, вот. Нельзя издеваться над теми, кто не может за себя постоять. И тот, кто способен на такое, он… гнилой, я б такому не доверяла. Но если вам это важно – то если пойму, кто это – скажу вам.
– Скажешь, – кивнул, и снова замолчал, разглядывая меня.
Я уже вся извелась, когда он, наконец, сказал:
– Хорошо, сестра Феникс. Я приму твою клятву завтра на рассвете. На какой срок ты хочешь остаться среди нас?
Что говорил Лео? Можно на год? Наверное, мне подойдёт.
