Опять вернулась мысль: рассказать Елецкому все как есть. Саша маг. Великий маг! Он должен ей поверить, должен понять, ведь он-то знает о пророческих снах. Тем более тех, которые повторяются три раза к ряду. Но проблема в том, что нельзя рассказывать такие сны, иначе они неотвратимо сбудутся, и тогда тот свет в конце длинного черного прохода, свет, которым была она сама, печально угаснет. Еще приходила мысль, попытаться отговорить Елецкого от поспешной экспедиции на Шри-Ланку, выждать какое-то время. Однако, это мало что изменит. Ведь этот жуткий пророческий сон мог быть видением отдаленных дней. Тех дней, когда бы Елецкий отправился на далекий южный остров.
По мере того, как она думала над этим, пришла еще одна идея: просто поговорить с Елецким о пророческих снах. Не рассказывать Саше о столь напугавшем ее видении, не говорить о том, что она пережила, но поговорить с Елецким для начала совершенно отвлеченно. Там дальше будет видно, как повернуть этот разговор. Быть может тогда, намеками и допустимыми подсказками ей удастся донести до Саши, что все ровно наоборот: опасность грозит не ей, а ему и всем, кто будет рядом с ним. Не просто опасность, а верная смерть! Быть может тогда Саша поймет, что он должен взять ее на виману и повести в Пещеры Конца и Начала — лишь тогда экспедиция завершится удачно! Только для того, чтобы донести столь важные мысли Елецкому, Ольге требовалось попасть на базу «Сириуса» — не через эйхос же вести такое общение! Пожалуй, новая мысль была не такой уж плохой. Тем более эта мысль хороша, если ее подкрепить распоряжением Дениса на ее допуск на базу и непосредственно на экспедиционную виману. Какой будет эта вимана, Ковалевская пока не знала. Быть может тот же «Орис»? Или еще более быстрый воздушный корабль. А вдруг им окажется «Гектор», на верхней палубе которого она стояла?
— Ваше сиятельство, снова скучаете? — раздался голос за спиной.
Ольга повернулась и встретилась взглядом с зеленоватыми глазами капитан-лейтенанта Моравецкого. Он часто появлялся возле нее, в отличие от капитана первого ранга Носкова был обходительным; обладал приятными манерами, несмотря на то что был простолюдином. Моравецкий так и пылал желанием помочь в организации установки новой системы наведения и решением проблем с размещением оборудования. При этом был не в меру любопытным.
— Да, Вислав Борисович. Захотелось отвлечься от работы, — сказала Ковалевская, возвращая эйхос на ремень.
— Хотел спросить, ваше сиятельство… вы успеете установку оборудования до полудня завтрашнего дня? — говоря это, капитан-лейтенант украдкой любовался милым личиком княгини.
— Надеюсь. В крайнем случае закончим до вечера. Все равно, пока не будут готовы ракеты с нашей новой начинкой, вас не отпустят. «Гектор» куда-то спешит? Или куда-то спешит ваш привередливый граф Носков? — Ольга отвела взгляд от его слишком внимательных глаз. Почему-то в этот миг ей вспомнился барон Кузьмин. Тот самый лже-барон, увезший ее с гостиницы «Сады Атлантиды» и ввергнувший в жутковатые приключения на острове ацтеков. Ковалевская сама не понимала, отчего пришло такое неуместное воспоминание, но оно было стойким, даже каким-то осязаемым.
— Носков… — Моравецкий тихо рассмеялся. — Скажу по секрету, он очень тяжелый человек. От него вся команда стонет. Но теперь дело не в нем: утром поступила новая команда, — он сделал несколько шагов вперед, чтобы оказаться ближе к княгине.
Ковалевская нестерпимо дразнила его со вчерашнего дня — дня, когда он впервые увидел ее на «Гекторе». Если многие ненавидели графа Елецкого за его возмутительные дела, то Вислав начал ненавидеть его за то, что этому негодяю помимо удачи и необъяснимых возможностей досталась такая головокружительная красотка. Вислав дорого бы отдал, чтобы дрыгнуть ее хотя бы раз. Были даже мысли, что на княгиню можно воздействовать ментально. Жаль, что стоянка в Перми так коротка, и вряд ли он когда-либо увидит эту высокородную, безумно красивую суку, от вида которой Вислав чувствовал невыносимое напряжение в брюках.
— Наверное, в Египет или на запад, — предположила Ковалевская, хотя эти вопросы сейчас ее не слишком интересовали.
— На восток, милейшая госпожа. На восток! Есть такое тайное местечко, называемое база «Сириус». Возьмем некоторых людей и потом на юг с крайне серьезной миссией, — сказал он, стараясь не проявлять на лице улыбки. Разумеется, капитан-лейтенант Моравецкий не имел право упоминать базу «Сириуса» и что-либо говорить о предстоящем задании, однако у агента британской спецслужбы Щегла был свой взгляд на подобные вопросы и откровения.
— На базу «Сириуса»⁈ — Ольга встрепенулась, сердце забилось так сильно и часто, что казалось, вздрагивает грудь.
