Получив перелом колена, Ходжа стал очень разговорчивым. Он осознавал, что проданной взрывчатки хватит, чтобы набрать ему пожизненное заключение и еще несколько лет сверху. И конечно же, он намеревался торговаться, чтобы за информацию ему скостили срок.
По словам Рамаданова, взрывчатку он купил месяца два назад на Украине. А информацию о том, что там можно чем-то поживиться, Ходжа получил от человека по имени Артур Силантьев. Этот тип работает секретарем в Госдуме. А откуда у представителя столь мирной, в сущности, профессии информация о «левом» гексогене, Рамаданов не знал и знать не хотел. Ему подсказали, что и где можно урвать, он своего не упустил, а чужие источники информации — это дело почти что интимное.
Правда, после покупки Ходжа некоторое время думал: ну а что теперь? Взрывчатка, конечно, товар стоящий, но он-то, Рамаданов, как-то больше по наркотикам специализировался. Что делать с этими шестью сотнями кило смертоносного порошка, спрашивается?
И вдруг на гексоген нашелся покупатель. Этот человек позвонил Ходже, сослался на того же Артура и сказал, что готов забрать оптом все шестьсот килограммов. Рамаданов дураком не был, и ему стало страшно от мысли, как все это бабахнет где-то в Москве. Но отступать было поздно, и Рамаданов передал груз человеку, который представился как Ярослав. Или, как вариант, — Синус. Именно так, как оказалось, звали того типа, чей фоторобот Неверов окрестил Лаборантом.
Необычная кличка внушала оптимизм. Это намного лучше, чем какой-нибудь Белый, или Медведь, или еще что-то банальное. Такие прозвища хорошо запоминают. Даже странно, что этот Ярослав не понимает столь очевидной вещи. Впрочем, люди склонны к откровенно глупым поступкам в мелочах, даже если при этом не могут пожаловаться на отсутствие мозга под черепной коробкой. Шанс, что потенциальные опрошенные вспомнят Синуса, очень неплох.
Ходжа также рассказал, что деньги ему частично отдавал Синус, а львиная доля была заплачена при посредничестве Силантьева. Это непосредственным образом подтверждало предположения Неверова относительно того, что у преступников есть связи в самых высших эшелонах власти, а скорее всего — прямо в Кремле. Можно было посетовать, что, дескать, совсем растеряли совесть люди, что усиливающаяся страна должна бы вызывать симпатию и стремление работать лучше. Но вместо пустых терзаний Неверов связался с дежурным офицером Службы безопасности президента и сказал, что ему как можно скорее надо поговорить с подполковником Суховеем, ведущим расследование параллельно со «спринтерами». Офицер попросил подождать, а потом сообщил, что подполковник выезжает. Судя по всему, в ближайшие полчаса он должен был прибыть на Лубянку.
В кабинет заглянула Ольга Крамник.
— Не занят? — спросила она.
— Да нет, не особенно, — покачал головой майор. — Ты наверняка по делу, так что заходи.
— По делу, — усмехнулась женщина, присела напротив Клима за столом и сказала: — Проработали большую часть связей Покровского. Кажется, есть настоящая зацепка. Мы вышли на его давнюю любовницу, Семенову Ирину. У Покровского с ней была связь еще до того, как он уехал в Америку. И, что интересно, связь эта не прерывалась и после. Он три раза приглашал ее в США и столько же раз прилетал сюда в краткосрочный отпуск. Всякий раз он встречался с Семеновой. Мы незаметно опросили соседей, и выяснилось, что человек, очень похожий на Покровского, был у Ирины неделю назад.
— Только неделю? — спросил Неверов.
— Неделю назад его видели соседи. Мы установили наружное наблюдение за квартирой. На данный момент там дежурят двое наших людей.
Они прослушали квартиру направленными микрофонами — судя по всему, женщина дома одна. Никаких подозрительных движений замечено не было.
Неверов хмыкнул. Может, имеет смысл взять Семенову прямо сейчас? Ведь можно практически утверждать, что она является ключом к Покровскому. Если уж он явно на свой страх и риск неделю назад к ней приходил, значит, она может быть предупрежденной о предстоящем террористическом акте…
— Интересно, насколько хорошо она знает, чем занимается ее ухажер? — спросил Клим.
Ольга дернула плечом.
— Тут ничего нельзя сказать с уверенностью. С одной стороны, быть осведомленной в том, что твой мужчина собирается убить много невинных людей, — это нагрузка, которую очень трудно выдержать. С другой, Клим, ты же понимаешь, что личная привязанность, а тем более любовь могут очень сильно изменить систему ценностей человека. Я бы не стала так запросто рассчитывать на ее помощь.
— Вот и я этого опасаюсь, — потер Неверов лицо ладонями. — Но мы же не можем отклонять такую возможность. В общем, давай-ка так: она мне нужна здесь как можно раньше. Где она работает?
— Начальник отдела кадров в фирме «Арома-фирм». Сфера деятельности — парфюмерия и бытовая химия. Контора небольшая, но вполне уважаемая, работает на Москву и область, основана в двухтысячном году. Ирина Семенова там с две тысячи четвертого.
