Своими гнусными словами вы нанесли тяжелое оскорбление защитникам Сталинграда, – написал прославленный маршал. – Может быть, меня тоже как штрафника, назначили командующим 62-й армией, которая отражала главные удары на Сталинградском направлении. Может быть, штрафниками были другие офицеры – генерал-майоры Родимцев и Гурьев, полковники Гуртьев и Сараев, а, может быть, наши артиллеристы и летчики? Неужели сцементированы штрафниками были легендарный снайпер Василий Зайцев, Яков Павлов, державший вместе с товарищами 58 дней оборону дома. Сын испанского народа, геройски погибший в боях за Сталинград, Рубен Ибаррури тоже оказался штрафником? От имени всех героев-сталинградцев, их матерей, отцов, братьев и сестер я называю вас, Солженицын, предателем и лжецом.
В качестве дополнительных аргументов Василий Иванович привел воспоминания немецких офицеров и солдат, которые говорили про простых сталинградских рабочих, которые, «истекая кровью и, погибая, продолжали крепко сжимать в окоченевших руках винтовки, надеясь напоследок уничтожить хотя бы еще одного немецкого злодея». А завершил он письмо приглашением Солженицына побывать в городе на Волге: «Если хотите в этом убедиться, то поезжайте в Сталинград, поднимитесь на Мамаев курган и посмотрите на непрерывный поток людей, паломников из многих стран, людей многих национальностей, идущих по лестницам, чтобы почтить память героев. И упаси вас Бог объявить, что вы – А. Солженицын!»
Пером Василия Ивановича написано немало книг, в том числе «Начало пути», «Закалялась молодость в боях», «Гвардейцы Сталинграда идут на Запад», «В боях за Украину», «Конец третьего рейха», «Сражение века», «Миссия в Китае», «От Сталинграда до Берлина». В них он рассказал о своей огненной молодости, о боях и походах, о боевых товарищах и друзьях. По свидетельству Александра Васильевича, сына Чуйкова, незадолго до смерти работал над книгой «Восточный фронт», но завершить ее не успел. До последних дней жизни являлся председателем Совета ветеранов 8-й гвардейской армии.
В домашней обстановке Василий Иванович был обыкновенным человеком – приветливым, заботливым, веселым. Его сын Александр Васильевич Чуйков вспоминал: «Отец не мог сидеть без дела. Например, увлекался пчеловодством. Папа и садоводом хорошим был – на даче росли яблони, вишни, крыжовник, смородина, клубника… Еще отец много читал. Спать ложился всегда с книгой. Любил классику: Ромена Роллана, Стендаля, Льва Толстого, Достоевского…»
С годами Василия Ивановича все чаще стали беспокоить раны, полученные еще в Гражданскую войну. Да и другие болезни давали о себе знать. Он понимал, что скоро покинет этот свет навсегда. 21 июля 1981 года Василий Иванович отправил письмо в ЦК партии. Вот этот текст: «Чувствуя приближение конца жизни, я в полном сознании обращаюсь с просьбой: после моей смерти прах похороните на Мамаевом кургане в Сталинграде, где был организован мной 12 сентября 1942 года мой командный пункт… С того места слышится рев волжских вод, залпы орудий и боль сталинградских руин, там захоронены тысячи бойцов, которыми я командовал… 21 июля 1981 года. В. Чуйков».
Сердце Героя Сталинграда перестало биться 18 марта 1982 года. Вновь обратимся к воспоминаниям Александра Васильевича Чуйкова, сына маршала:
Когда папы не стало и по телевизору объявили о том, что похоронят его на Мамаевом кургане, многие нам начали звонить и говорить: мол, как так, это неуважение, Чуйков ведь маршал, дважды Герой Советского Союза…
Я устал повторять, что так просил отец. Пришлось даже обратиться к председателю государственной комиссии маршалу Куликову, чтобы в теленовостях добавляли к сказанному слова: «согласно воле покойного». И снова последовал шквал звонков. Говорили: мол, вот это поступок, не каждый на такое решится!
