– Однако же эти дружественные нам князья, – задумчиво сказал князь Андрей, – слабоваты и не смогут устоять против союзного войска моего братца!
– Тогда пойдем за помощью к царю Ногаю! – посоветовал князь Федор Ярославский. – Мой тесть не откажет нам и даст могучее войско! А если надо, он строго прикажет молодому царю Тохтэ, чтобы тот не помогал нашим лютым врагам! А может даже заставит сарайского слабосильного царя участвовать в нашем походе!
Прибывшие в Городец союзные князья единодушно одобрили решение князей Андрея и Федора и вот после долгого совещания и нудного ожидания улучшения погоды, выехали, наконец, в середине мая, направляясь в ногайскую степь.
Путь их был нелегким и долгим – лишь к началу июня измученные люди и кони пробрались через поросшие густой зеленой травой дороги и поля к стану татарского полководца.
Первым увидел отдаленные кибитки ростовский епископ Тарасий, бодрствовавший на передовой телеге. – Татары! – крикнул он, разбудив спящих в телегах князей и ехавших верхом, но дремавших, всадников: несмотря на небольшой отряд всего в сотню мечей, князья не посчитали нужным назначить охранение. И вот теперь во мгле раннего утра они оживились, пристально вглядываясь в даль.
Когда татарский летучий отряд подскакал к русским воинам, солнце уже всходило.
– А, это ты, коназ Фэдэрэ! – крикнул, узнавший Ногаева зятя татарский военачальник. – Хорошо, что приехал к нам! Салам!
– Салам, славный Мэндэ! – весело ответил князь Федор Ростиславович, спустившись с телеги и быстро вскочив в седло своего черного, как воронье крыло, коня. – Где же мой могучий батюшка, наш государь Ногай?
– Он здесь, коназ Фэдэрэ! – поднял вверх руку с хлыстом старший татарин. – Айда до государевой юрты! – И он, ударив хлыстом свою крепкую низкорослую лошадь, помчался вместе со своим отрядом вперед, в сторону приближавшихся кибиток.
Ногай, сидевший в большой зеленой юрте в своем обычном плетеном кресле, с нетерпением ожидал русских князей. Ему уже доложили о том, что к кочевью приближается его зять Федор с людьми.
Федор Ростиславович вошел в юрту первым. Низко поклонившись Ногаю, он приблизился к его креслу и встал на колени. Остальные князья, тщательно перейдя порог и добравшись до князя Федора, пали ниц перед грозным татарским полководцем.
– Говори, сынок, – потребовал Ногай после того, как обменялся со своим зятем приветствиями, – как там моя дочь в твоем Ярэславэ?
– С ней все в порядке! – весело ответил князь Федор. – Она не обижена! Я ничего для нее не жалею…Она у меня – госпожа, а не гостья! Вот и подарки тебе прислала…
– А как с твоей верой? – насупился Ногай. – Небось, окрестили мою дочь?
– Окрестили, батюшка, – улыбнулся князь Федор. – Моя славная жена с радостью приняла христианскую веру и новое имя!
– Что ж, если у вас, урусов, так принято, – вздохнул Ногай. – Пускай тогда моя дочь молится этому распятому Богу! Это неплохо! Жена должна повиноваться своему мужу и принимать его веру! Однако, нужна ли тебе, Фэдэрэ, эта вера грэкэ? Я недавно узнал, что вы, урусы, переняли эту веру у слабосильных грэкэ. И прежние сарайские ханы постигли свою веру в Аллаха у чужеземцев! Вот, смотри на меня, сынок, я ведь почитаю только веру своих предков…У нас не надо ни молитв, ни каких-либо подарков, ни богатых храмов! Благо, что и молодой Тохтэ признает эту веру! Он отвернулся от Аллаха и воскресил в Сарае веру великого Темучина! Однако тем, кто верит в Аллаха или Христа, не препятствует: пусть себе молятся, как им угодно! Известно, что главный Бог – один для всех! Пусть Он понимается как огонь, дерево или река…Все мы, глядя на Небо, чувствуем один взгляд и питаем на Него надежду! Однако же, зачем вы сюда пришли с такой толпой мелких князей?
Князь Федор Ростиславович подробно рассказал о сути дела, о споре князей-братьев за власть в суздальской земле и попросил тестя оказать ему и союзникам военную помощь. – Скажи, батюшка, – закончил свою речь Федор Ростиславович, – своим людям, чтобы они пошли к нам на помощь против князя Дмитрия Суздальского. И распорядись, чтобы молодой хан Тохтэ не поддерживал наших врагов!
Русские князья лежали в это время на персидском ковре, не поднимая голов.
– А где тут главный спорщик? – спросил вдруг, выслушав зятя, Ногай. – Где же беспокойный коназ Андрэ? Встань же, первый виновник!
Князь Андрей быстро подскочил, встал на ноги и спокойно посмотрел на Ногая.
– Вставайте и другие коназы! – приказал Ногай. – И сядьте по нашему обычаю!
Русские князья быстро уселись на корточки.
