— Как и вы! — нашла, что ответить девушка, с вызовом посмотрев тому в глаза. Один — один! Ох, как хотелось ему сжать нахалку своим хвостом, до хруста костей, и выбросить в окно. В направление окна они одновременно оба посмотрели, только Лиска прикидывала, успеет ли, если что?.. А нечего змея доводить. Понимала, а ничего не могла с собой поделать.
Планшет и телефон у неё были завёрнуты в специальные чехлы. Обмотаны и упакованы, так, что если вдруг она будет падать, чтобы они не разбились. И ведь не разбились, претерпев кучу приключений. Повезло! Девушка чуть не расцеловала предметы, хранившие память о родных.
Самое дорогое видео — последний день её рождения, отмечаемый всей семьёй в загородном доме. А она пригласила подруг. И они там были все как ангелочки. В бальных пушистых платьях, ещё и с крыльями. А брат пришёл с толпой своих сослуживцев. Бравых молодых офицеров. И сначала всё было прилично. И танцевали, и пели. Шамиль даже на весёлого друга успел полюбоваться, произносившего тост. Счастье и радость лилось с экрана. Лиска еле-еле сдерживала слёзы. Вот они её родные. Живые и здоровые.
В вечернем свете праздника, четверо бравых парней вынесли большую красочную коробку, перевязанную большим бантом. Имениннице предложили распечатать подарок. И из взметнувшихся в воздух воздушных шаров, встал из коробки один из друзей брата. Атлет! Балагур и душа компании. Что душой кривить, в него были влюблены все Лискины подруги, как и она сама. Подростковая такая влюблённость случилось.
— Сегодня, Ангелочек, я буду твоим Аполлоном, — бархатным голоском прошептал этот бог любви, единственным цветочком прикрытый только в причинном месте.
Лиска, от такого неожиданного подарка, тогда тоже, немного растерялась. А Аполлон нагнулся и поцеловал её в губы. Сорвал первый поцелуй. И ведь с разрешения брата и отца. А что? Пятнадцать лет, большая девочка!
Наг внимательно следил за происходящем на экране. Передающий изображение артефакт его заворожил. И, конечно, он сравнивал внешний вид яркой Василиски с прошлого, с сидевшей на стуле «бледной молью».
«Какая разница!» Густые волосы у крылатой блондинки с экрана локонами свисали до пояса. И аж светились, переливались. А у «моли» чуть до плеч доставали, свисая мокрыми сосульками, и цвет такой… блёклый, седой. Губки — не сравнить! Ресницы, правда, нормальные, чёрные. При таких-то глазах… алых. В ночной темноте он не очень её рассмотрел. Но в ванную она заходила голубоглазая, а вышла… И бровей у девушки вообще не было. Вместо них тату макияж! И держался он вполне неплохо. И фигура… на экране у девушки такие формы. М-м-м-м-м… сам бы облизнулся. А это… пфффф…
А потом были видео и с берега моря, пляж, женщины в бикини и топлис. Катание на катамаранах, парусных досках. Дёрнулся наг, хвостом ударив по полу так, что от неожиданности даже Лиска подскочила со стула. Это, когда на экране Лиска с самолёта выпрыгнула, совершая свой единственный прыжок с парашютом.
Игру в войнушку, пинг-понг, Шамиль смотрел заинтересованно. Мужчина! Ружья, стреляющие краской, его заинтересовали.
На спортивные залы смотрел он, на мужчин и женщин, тренирующихся в рукопашном бою.
Фитнес-зал. Женщины и мужчины, занимающиеся растяжкой, аэробикой, танцами, ритмикой.
— И в отношениях между мужчиной и женщиной у нас нет ничего секретного, — вставила Лиска свои «пять копеек». — Как у нас говорят, любовь и пьянка — дело добровольное. Нальёте мне, или самой себя спаивать?
— Ты уже была с мужчиной? — поинтересовался личным наг.
— У меня жених был, но до интима дело не дошло, только прелюдия, — ответила честно девушка. На будущее, чтобы не до непонимания было. — Целовались, спали в одной постели.
— Был? — с каким-то слащавым хрипом спросил наг, явно, собираясь пакость сказать. Но девушка его осадила.
— Война!
Наг прекрасно знал, что такое война, и как она может быть страшна. Больше он не стал девушке задавать провокационные вопросы. Лиска ушла в ванную и переоделась. Топ без бретелек и джинсовые шорты. А что? На улице жара невыносимая, градусов за тридцать. В комнате душно. Почему она должна в чёрных штанах мучиться?
— Мы к портальной арке пойдём? — вернулась девушка на стул. Они так ещё и не поговорили. Так, «почву взрыхлили». — Как мне к вам обращаться? По имени, по статусу, выкать, тыкать, дядей называть, отцом.
— К арке попозже сходим, — заверил её наг. — Можешь, меня пока просто Ш-шамилем звать.
— Хорошо, Шамиль! — попробовала Лиска имя на звук, такое родное. — Слушаю твоё предложение!
— Можно на «ты»! Ты, маленькая! — указал наг на недостатки белянки. — Ты «светлость», апо закону, потребовать над тобой опеку не может родственник ниже твоего титула. А у рода Фён такого нет. Но Сокол признал тебя своей наследницей, кольцо подтверждение. И по закону, ты ещё и хранительница его титула. И когда у тебя родятся дети, один из них станет полноправным лордом и наследником всего его состояния.
— Давай, пока так далеко не будем заглядывать в будущее, — перебила девушка нага.
