— Это ещё что такое? — возмутился родственник. — Немедленно запусти полное сканирование.
— Думаю, законодатель осведомит ВАС об этой процедуре более подробно, касающейся девушки, не являющейся ни вашей дочерью, ни вашей подопечной, — указал наг на «акулу» в законах.
Привезённый дядюшкой родственничек лет так двадцати пяти, недовольно отставил стакан с выпивкой, натянул на своё жеманное личико слащавую улыбку и элегантно встал с кресла, показывая изящество в каждом движение. Да, да, он опытный сердцеед.
— Позвольте представиться, — было протянул этот тип руку к девушке. Но тут Мура Лиску спасла. Ощетинилась каждой намечающейся чешуйкой, зашипела она на нарушившего частные границы пропойцу, от которого невыносимо разило перегаром… И удушливым сладким одеколоном, чтобы скрыть вонь от немытого тела. — Э… лорд Ларион, — убрал мужчина дорогую конечность от шипевшей ящерки. — К вашим услугам.
И пошло словоблудие. И как она очаровательна. И как ему приятно, что у лорда Фён нашлась такая родственница. И как бы он был рад, если бы она поехала с ним познакомиться к родне. Там ведь у неё есть тёти, сёстры и братья. Ей, как утверждал этот тип, будет интересно.
— Прошу прощения, — извинилась белянка, ей было не то, что не интересно, ей было плохо. Голова закружилась. Фу! Свежий воздух… — Пока не получится. Я недавно прибыла. А дорога, знаете ли, оказалась трудной. Устала! И к учёбе надо готовиться.
Откланялась Лиска и пошла на выход. Наг её понял, самому не по себе. У него же обоняние обострённое. А тут… Воздуха!
Тип, естественно, последовал за девушкой, но запах так и остался висеть в помещение тяжёлым кирпичом. У-у-у… напевая всякую чушь, чуть не на ушко новоиспечённой родственнице, плёлся мужчина за ней.
У лестницы на второй этаж он отстал: не пропустила его охранная магия. И Лиска даже не повернулась, не попрощалась. Ушла! Но ненадолго… через час её потребовал возмущённый звон сделанного ею звонка. Сама себя она отругала.
Спустилась, успев принять душ. Жара, знаете ли! Запахнулась спортивной рубашечкой, зад закрыт и ладно. А то, что ножки голые, босая… Возмутительно? Неприлично? Переживём!
У стоявших у подножия лестницы мужчин челюсти в прямом смысле отвисли. От вида порхающей по лестнице егозы. И с какой лёгкостью она это делала, словно танцевала… А она и, правда, пританцовывала.
— Слушаю, — не доходя до линии установленной защиты, остановилась видение, облокотившись об перилла: деревянные, гладкие, мысленно она представила, как с них будет замечательно скатиться.
— Это как понимать?.. — прорвало старшего родственничка.
О!.. дошла до Лиски ошибка в её поведении. Шамиль, ползающий чуть в сторонке, заметив её, только хищно ухмыльнулся. Так оно! Добро! Подпрыгнула она на месте, и уселась на периллы, ещё и ножки закинула, усевшись по-турецки. Так ведь удобнее? Слушать его, видимо, ещё долго.
Нет! Минут на пять всего хватило. А ещё лорд! А где изящество общения, риторика?
Так в ходе словесного изливания она поняла, что родственники остаются у неё в гостях, и требуют, чтобы именно она заселила их как положено, в её защищённое убежище. Ага! С разбегу!
— Так дедушка мне не объяснил, как это делается, — включила Лиска дурочку. Ничего не знаю, ничего не понимаю. — Вот пойду учиться, может, научат. А пока… извините, придётся вам обратиться за помощью к администратору учебного заведения.
И глазки такие, невинные.
Родственничек ещё минут десять плевался, попытался кулаком пройтись по защите, да не хилый разряд получил в ответ. Ну, нет! Смотреть на концерт Лиски совсем не хотелось. Спрыгнула она, и, пританцовывая, пошла к себе. Напевая про родной край: «это всё моё родное, это где-то в глубине, это самое святое, что осталось во мне, это то, что ни купить, и ни отнять».
Спасибо деду: предусмотрел он, сделав несколько входов-выходов со своей закрытой от посещения территории — сокровищницы. У-у-у… сколько там всего она нашла. Но всё некогда было заняться ревизией. Родственники крепко обосновались в гостиной. Живя на всём готовом, разоряя винный погреб. Ходили по имению, совали свои длинные носы, куда не надо. Надоели! Что ей, что Шамилю, что директору школы и бывшему управляющему, который не спешил передавать свои полномочия.
Лиска занималась с утра до вечера. Подъём в пять утра. Час у неё на утренний моцион, пробежку, ловлю насекомых для Муры. Ну, когда один кузнечик в сорок сантиметров длинной, парочки дракошке хватало, чтобы насытится на некоторое время. Маленькая же она. А подрастёт, Шамиль сказал, что и мелких зверушек сможет самостоятельно ловить, таких, как извечных мышей. Никуда от них не деться!
