Парни похлопали её по плечу, пригласили к себе в общагу. Познакомится так сказать в неформальной обстановке. Лиска покивала, но…
На свой этаж она вернулась в более-менее нормальном состоянии. «Грусть-тоска немного отпустила…». И солнце уже скрылось за горизонтом. Вот-вот должны подойти её гости.
Наигралась! Нежилась Лиска в круглой ванне, вполне приличной. Дракошку-то удалось ей оставить не просто в комнате, закрыв, а именно в ванной, чуть-чуть набрав воды, и соорудив что-то вроде горки в ней. Ну, нравилось этой милоте плескаться. Краска с белоснежных волос смылась плохо, так что цвет получился так себе. Серый! Пф… Наплевать!
Прилизала она причёску, в хвостик собрала, и заколками по вискам украсила. И не видно, что она местами лысовата. Не стоит шокировать народ. Особенно крёстного.
Спустилась со второго этажа на улицу, в парк, где её сторожил один оборотень. Ну, правильно. Кому ещё ночью на улице стоять. Второй наёмник ведь сидит на диванчике в холле. В комфорте, в тепле. А остальные, четверо, кто отдыхает, кто своими делами занят. Считается — на подхвате они.
Оборотень совсем незаметно приподнял удивлённую бровь.
— Что? Думали, на сегодня лимит моих глупостей закончен? — вздохнула она, поправив небольшой свёрток в руках. А сама магическим зрением на него посмотрела. При белом дне как-то неудобно ей было. И поймать же надо было его так, чтобы одного. А ночью самое то. Ниточка связи тянулась от него. Значит, кто-то у него есть. Кто-то родной, да с задатками альфы. И печать, печать, печать — и все магические. — Да, припечатало тебя… инкар.
Идти и молчать Лиска не хотела. А вот, петь… «Милые дети, странные дети. С волчатами вместе бегали в лес, черпали силу в лунном свете. Спать по ночам не шли на отрез…» (Марко Поло «странные дети»)
У-у-у… как ушки навострил⁈ Так дошли они до края ограды имения. Из каменной сторожки вышел дедок лет под сто, вообще-то ему за сто пятьдесят уже перевалило. Ну а что? Зачем на задних воротах вообще кто-то? Можно вообще на замок ворота закрывать и всё. Дорога тут вела в лес. Нормальным людям туда не надо. Тем более ночью.
— Леди ди Фён? — узнав позднего проходимца, удивлённо спросил сторож, пригладив свою белую бороду, на стражника он уже давно не тянул. А зрение и память у дедка хорошие. Подметила белянка, протянув ему свой свёрток. Она приготовила ему ужин. Да-да, сама! Ей не трудно.
— Добрый вечер, сир Симар. ( Для себя Лиска запомнила старика как Сим-сим). — Это вам.
Как успела она узнать, жил дедок тут же на территории её имения в одном помещение с своего рода конюхами. Ну, так считалось. А вообще он и жил в этой сторожке. Один и стоял на задних воротах. С кухни ему приносили еду. Но какая там еда… Лиска знала. И вот так вот уже с месяц подкармливала она своего рабочего. Раньше кого-нибудь с кухни просила отнести ему вечерний ужин. А чтобы сама, это первый раз.
— Спасибо… — растерянно принял дедок свёрток.
— Вы не пугайтесь, просто оттуда должны мои ребята подойти, — улыбнулась она, указав на закрытые ворота. Что надо бы открыть. — Шамиль, если что, знает. Он их тоже ждёт.
Дедок открыл одну створку и Лиска вышла. Свистнула в темноту, помахав руками.
Оборотень за Лиской насторожился, ощетинился, и сделал попытку выйти вперёд, выхватив оружие.
— Ухи откушу! — сквозь сжатые зубы прошипела девушка на наёмника. Уши у оборотней имели определённые значения. Одно дело, если он часть уха потеряет на охоте. А совсем другое — самка отгрызёт. У-у-у… та ещё угроза!
Друзья бежали в зверином обороте, беззастенчиво топая тяжёлыми лапами. А что? Темнота. Бежать было далеко. До пещеры, где Лиска с упрямцем отсыпались километров тридцать. А тут и поля, и перелески, и деревни на пути. Надо было оббегать. Так что на четырёх лапах это и быстрее, и безопаснее. И тут… неизвестно, может, ещё ноги уносить придётся?
Подбежали крупные зверюги, ощетинились на чужака.
— Вы мне ещё подеритесь… — возмутилась девушка, схватив обоих за загривки. — Пошли, у меня обернётесь. — Но пройдя пару шагов, Лиска заканючила, чтобы Серж её повёз на себе, а то у неё ножки устали… Ну когда ещё такая возможность представится, чтобы покататься на таких зверях. Упрямец же опустив свою могучую голову, понюхал её голые ступни в простенькой обуви под серой юбкой. — И что тебя смущает? Не голой же попой я на тебе сидеть буду. И нижнее бельё я ношу. Платье смущает? Так я его скинуть могу.
Лесь зачихал звериной пастью. Потирая нос лапой. Ага! Ржёт он? Между делом Лиска попросила деда прикрыть ворота и не ждать, когда её гости уйдут, если что, они сами через ворота перемахнут. Ни маленькие!
Серж… — полезла Лиска обниматься. Зверь же недовольно бурчал, но голову пригнул, позволив девушке усесться на загривке. Ага! Уговорила! Лиска же не одна уселась. Дракошка как будто ждала этого, нетерпелива перебирая лапками, запрыгнула ещё первая. — Ах, удивительна. Эх, удивительная. Ох, удивительная, жизнь моя… Мне же много не надо, лишь бы ты была рядом. Был бы рядом бы я, были бы рядом друзья…
