Торговец с Гординии подошёл быстро. Пригласил леди и её сопровождение к их импровизированному столу. Сообщив, что у них её вещи ещё остались. Рюкзак она где-то на какой-то подводе сбросила, когда из фейерверков стреляла по чешуйчатым. Пиджак даже не помнила куда повесила. Вот они всё и собрали. А остальное… сабли её исчезали и появлялись по первому требованию. Но не в пространственный карман. Хотя, такое возможно было сделать. На это как раз и требовалась пространственная магия. Тут было что-то другое. Просто, так получилось. Случилось это первый раз, когда она очутилась на балконе, откуда наблюдала за белыми кораблями, которые запускали смертоносный огонь. Так получилось. Она оказалась способна призывать их, где бы они ни лежали, и так же свободно «отпускать». Даже когда сабли из её рук во время тренировочного боя выбивали, она тут же могла их вернуть, так же мысленно пожелав, чтобы они оказались в её руках. Тёмный учитель рассказал, что существуют древние магические родовые артефакты. Их нельзя украсть, они не дадутся в руки представителю чужой крови. И ещё, есть предположение, что в такие предметы вкладывают частичку души. И сабли её, похоже, такие же родовые артефакты. А проверить это очень просто. Надо, чтобы кто-нибудь напал на неё с ними, и просмотреть, как поведёт себя оружие. Посмотрели. Оружие испарилось из рук нападающего. А Лиска их призывать не стала. Вернулась в свою сокровищницу и убедилась, что они там, где она их оставила до призыва. Потом сидела с ними в обнимку и плакала. Вот так вот! Сделал брат ей оружие, вложил в них частичку души. Сам погиб, а её всё равно защищает.
Завтрак проходил в весёлой дружеской обстановке. Сидели, ели, обсуждали. Лиска написала документ подтверждения. Рис возмущался, что она расстреляла его небесные цветы. А он сам хотел пострелять. Обиделся на неё мальчишка. «Цветочки» заинтересовали всех. И простых людей, и торговцев, и орков. Это же и зверей напугать можно. И как оружием воспользоваться…
Вот как оружием Лиске бы не хотелось. Она хотела радость нести людям. Как говориться, хотела, как лучше, а получилось — как всегда!
Сидела Лиска на брёвнышке, ждала свой транспорт. А ножки, да и всё тело, после такого бурного утра, болели. В какой-то момент перед ней оказался дроу, сев по-турецки, он начал массировать ей ступни. Начал с пальчиков. Да так это оказалось неожиданно, что вызвало всеобщее удивление. Белянка сначала бровки приподняла, но тёмный так оказался занять своим делом, что ни на кого не смотрел. Пришлось ей прикусить себе губу, чтобы не застонать от удовольствия. Но ноги вырывать из опытных рук не стала. Решила дождаться отклика. А тут карета… розовая. Наёмники Клыка окружили сидевших людей и нелюдей. Скептически посмотрели на представшую романтическую картину…
— Леди ди Фён?.. — подошёл сир Арис. — Я буду вынужден доложить отцу о вашем возмутительном поступке.
— Ничего не имею против, — вздохнула белянка, позволив обнять себя со спины подошедшему жениху. И обратившись к тёмному, напомнила, что они всё ещё не знакомы для такого близкого телесного контакта.
— Зарь, госпожа, — представился тёмный дроу. У-у-у… «госпожа?»
В карете было достаточно места, чтобы сидеть даже трём взрослым людям на одной стороне мягкого сиденья, и не касаясь друг друга плечами. Папа Шамиль предлагал ещё телегу со всем необходимым взять. Но примерившись, поняли, что это лишнее. Они ненадолго, всего лишь по делам. По гостям ходить не собираются. И багаж взяли минимум. А Лиска его ещё уменьшила. Она подарила торговцу оба платья на выход. То зелёное и ещё ни разу не видевшее свет белое с золотыми листьями. Но оно больше на свадебное платье было похоже. Красивое. Или, как Лиска говорила, не бесподобное, а безобразно прекрасное. А к нему ещё пеньюарчик шёл и красивое бельё с аксессуарами: перчатки и сумочка на позолоченной цепочке и туфли. У-у-у… Не думая, Лиска всё отдала. Так что ехала теперь в свободном домашнем платье, и радовалась. А на улице жара. В карете духота. Рис сбежал, вальяжно разместившись на привязанных ящиках в багажном отделении. Там сверху ещё и специальные спальники лежали. Мало ли придётся в пути на голой земле отдыхать? И провизию они на три дня пути взяли. Наёмники верхом. И ни одного лишнего ездового ящера. А пригодился бы, и тёмному дроу не пришлось бы ютиться с человечками. Можно было бы договориться с орками, они и тех ящеров себе забрали, на которых бандиты охрану обоза изображали. Но — нет! В делёжке ни Лизка, ни оборотень с дроу не участвовали. Ничего им и не досталось.
