— Не вздумай сюда заглядывать. — И захлопнул дверь.
Электричка постояла на Васиной Поляне всего с минуту, а народу успело выйти — темным-темно. Первой к речке выкатилась ватага мальчишек, затем начали спускаться взрослые.
Васька Слон и Вадик Марочник стояли под осокорем над самым обрывом.
— Где Айболит? — зло спросил Васька.
— С этими он, Маринкой и Аркашкой…
— А, без него справимся, — махнул рукой Вадик и закричал вдруг проходящим мимо горожанам: — Смертельный номер! Кто хочет увидеть смертельный номер в исполнении известного чемпиона Василия Нестерова?
А Васька уже держался за палку, привязанную к вершине тополя.
— Смертельный номер! — надсажался Вадик. — За просмотр всего двадцать копеек! Билеты на руки не выдаются!
Трое подвыпивших мужиков с авоськами кинули двадцатчики Вадьке. Их тянули бабы:
— Нашли на кого смотреть, идемте, раз отдыхать приехали.
Мужики упирались:
— Поглядим, чем местная пацанва промышляет. Сами такими были.
— Так вы с голодухи выкобенивались, а эти…
Откуда-то Алька Айболит выплыл. Медленно шел, как во сне. Подошел к Ваське, взял палку и немедля оттолкнулся от обрыва.
Все рты разинули: приезжие — оттого, что худенький мальчишечка был в одежде, а Васька с Владиком первый раз видели, чтоб Айболит на такое решился, — во-первых, не прыгал он с обрыва никогда, во-вторых, всю затею сорвал — всего шестьдесят копеек раздобыл Вадик, а народ подходил, глядишь, еще бы перепало. В общем, получалось, что взбунтовался Алька Айболит.
А его вынесло над Вихляйкой, поставило в мертвую точку, где и надо было отпускаться от палки. Но Айболит зеванул этот момент, отпустился позднее и плюхнулся в воду у самого обрыва. Позорно плюхнулся, калачиком свернулся, спиной об воду шмякнулся.
— Убился, чать, непутевый? — забеспокоилась одна из баб.
Но Алька вынырнул, тяжело, по-собачьи поплыл к пологому берегу.
А Васька Слон уже подтянул к себе палку.
— Эгей! — крикнул Васька. — Смотрите, как прыгать надо!
Он разбежался, оттолкнулся от обрыва, высоко взлетел над Вихляйкой и, перевернувшись два раза в воздухе, с пятиметровой высоты головой вперед, беззвучно свечкой вошел в воду. Вынырнул под дружные хлопки мужиков.
Алька еле-еле к берегу подгребал, видно, отбил себе чего-то Айболит, пока самоуправно нырял. Васька в два гребка догнал Альку.
— Ты, калоша рахитная, — Ваську злость душила. Он дернул бунтовщика за ногу.
Алька послушно скрылся под водой. Вяло вынырнул, нехотя зашевелился.
А Васька вышел на берег. Повалился на песок. Вадик уже тут как тут:
— Вот, всего шестьдесят копеек…
— Из-за этого вон все, — Васька кивнул на выползающего из воды Альку. Выговорил ему:
— Нечего валяться! Иди Ромке с Ремкой помогай бутылки собирать.
— Не пойду я бутылки собирать, — продолжал устало бунтовать Алька. — Надоело мне это.
— Ну иди тогда отсюда.
И тут опять старичок появился. Опять лодку попросил на тот берег съездить. Только теперь он был почему-то с топором, листом фанеры и с мешком, набитым чем-то тяжелым.
— Ой, дед. Ну, плати рубль и бери ее хоть на целый день, — разрешил Слон.
— Такому старому можно бы и за так лодку дать, — буркнул Алька.
— За так мост есть. Всего пять километров протопать и бесплатно на том берегу в болоте утонуть.
— Все, Вася! Пошел я от вас. Совсем пошел.
— Давай, давай, дергай. Только если обратно к нам придешь…
— Как тебя зовут? — спросил вдруг старикашка Слона.
— Василий. Легко запомните, разъезд наш так и называется — Васина Поляна.
— Да, разъезд называется «Васиным», — как бы сам себе сказал старичок и добавил громко, — хорошее имя — Василий.
Кудрин пошел не спеша к лодке, которая стояла совсем рядом, за ближней излучиной.
— Смешной какой-то старикашка, — сказал Вадик Марочник. И встрепенулся вдруг:
— А Айболит где?
Альки на берегу уже не было.
— Придет, куда он денется, — сказал Васька и задумался, что еще такое учудить?
— Бородатый прийти обещался, — напомнил Вадик.
Маринка бросилась навстречу:
— Ой, Алик! Я видела, как ты смертельный номер исполнил! Здорово! Потренируешься немножко и лучше Слона прыгать будешь. Идем, идем скорее, нас Аркаша ждет.
Вот так получилось, что объединились в этот день Алька, Маринка и Аркаша.
Чуть подсушившись, Алька прибежал в полутемный сарай, где его поджидали друзья. И началось…
…С потолка свешивался огромный мешок, перепачканный опилками. Вокруг мешка топтался Айболит в боксерских перчатках.
За ним внимательно наблюдали Аркаша и Маринка.
Аркаша командовал:
— Да ты не гладь, ты всем корпусом бей, и не размахивайся, а сразу. Снизу вверх — это апперкот, с боку — крюк. А ну, давай еще раз. Левой, левой. Левой, говорю! Прямым. Давай!
Алик «давал».
— Руки отшибает, — пожаловался он. — Опилок в этом мешке много.
— Отдохни, — предложила Маринка, — отдохни, Алик, сейчас я попробую.
Она надела перчатки и вдруг неистово, ожесточенно забарабанила по мешку.
— Эй, эй, нельзя открытой перчаткой, — вмешался Аркаша.
И тут в сарае появилась сердитая тетя Наташа — Маринкина мама.
