— Все будет готово, — заверил его гробовщик.
— Благодарю.
Услышав, как захлопнулась дверь, Джейк откинулся на подушку и закрыл глаза.
— Джейк?
— Я в порядке. Просто устал. Вы не впустите полицию?
— Вы уверены, что готовы их принять?
Хелли положила руку ему на лоб. Он был немного горячим, но этого и надо было ожидать после всего, что Джейк перенес. Она нежно провела пальцами по его щеке, позволив им задержаться дольше, чем необходимо. Ей нравилось ощущение его кожи, особенно гладкие контуры лица. Глядя на его спокойные черты, Хелли нахмурилась. Что будет, если он не докажет свою невиновность? Как она вынесет, если его посадят в тюрьму и она не сможет видеть его?
— Джейк, я за вас боюсь. А что, если они сочтут вас виновным?
Джейк повернулся к девушке и поцеловал ей руку.
— Вы мне верите?
— Вы же знаете, что да.
— Тогда попросите их войти.
Хелли повиновалась, но впустила только командира. Остальные остались в коридоре, и никто не высказал никаких возражений.
— Офицер Дьюи Ригни, сэр, — представился вошедший, почтительно поклонившись.
Джейк крепко пожал протянутую руку.
— Садитесь, пожалуйста.
Он подождал, пока полицейский усаживался на стуле, который недавно освободил гробовщик.
— Полагаю, вы собираетесь допросить меня?
— Да. Хм… простая формальность.
Офицер Ригни был плотным, довольно грубым на вид мужчиной с коротко остриженными каштановыми волосами. Он вынул из кармана блокнот и огрызок карандаша.
Хелли почувствовала себя защитницей и встала рядом. «Пусть только этот Ригни опробует нападать на моего пациента, я сразу же поставлю его на место».
Но полицейский только раз глянул на нее и после не обращал на девушку никакого внимания.
— Мистер Парриш, я слышал, что вы и ваша жена были несколько… хм… в разладе. Это правда?
Джейк кивнул.
— Хм… да. Ее отец, Сайрус Кинг, говорит, что вы относились к его дочери менее чем прохладно и иногда… хм… проявляли враждебность к нему самому. Это так?
— Совершенно не так! — воскликнула Хелли, прежде чем Джейк успел что-либо ответить. — Как лечащий врач и компаньонка миссис Парриш, я могу констатировать, что мистер Парриш в высшей степени обходительно обращался со своей женой. Что же до Сайруса Кинга….
Хелли фыркнула. Уголком глаза она увидела, как Джейк при этом звуке ухмыльнулся себе под нос.
— …Этот человек неоднократно вламывался в дом и нападал на своего зятя. И… бедный мистер Парриш! Он еще так слаб от печального инцидента, который с ним произошел, когда он боролся за сохранение единства страны.
Джейк и офицер Ригли в изумлении уставились на Хелли: полицейский — разинув рот, а Джейк — выгнув бровь от удивления.
С выбившимися из тугих кос пучками волос и грязными туфлями, видневшимися из-под полы обрызганного кровью халата, она была похожа на разъяренного оборванца. Когда выстрелили в Джейка, Хелли была в таком неистовстве, что и не подумала переодеться.
Дьюи Ригни пришел в себя. Он тактично отвернулся от неприлично одетой Хелли и обратился к Джейку:
— Это… хм… правда, мистер Парриш?
Джейк боролся с зевком.
— Конечно, правда.
Хелли видела, что у Джейка слипаются глаза. Он мотнул головой и снова открыл их. «Боже! Что Хо Ян дал ему?» Полицейский прочистил горло.
— Хм… да. Конечно. — Он что-то записал в блокнот, послюнявил карандаш и вернулся к допрашиваемому; — А теперь, сэр, не могли бы вы рассказать, что случилось?
— Он вывез дочку на прогулку, где и нашел свою жену уже мертвой. Понимаете, офицер Ригни, бедный ребенок провел беспокойную ночь, и мистер Парриш подумал, что свежий воздух будет девочке очень полезен. Джейк Парриш оказался любящим отцом.
Услышав, что Джейк хмыкнул, Хелли бросила на него предупреждающий взгляд.
— А вы что скажете, мистер Парриш? — Ригни строго глянул на Хелли, призывая к молчанию. Но это не сработало.
— Ему нечего сказать. Он в состоянии шока, бедняга. Вы тоже на его месте вели бы себя так же. Представьте, в вас стреляет маньяк, а потом вы выдерживаете операцию без обезболивания.
При этих словах Ригни заметно побледнел.
— Хм… я не понял… — Несомненно.
Хелли прищурилась.
— Скажите, офицер Ригни, у вас есть дети?
— Пятеро.
— Тогда вам как отцу понятно, насколько тяжело, когда болеет ребенок. Мистер Парриш всю ночь укачивал дочку, никому не позволяя сменить себя. А теперь бедная крошка осталась без матери.
«Какая драматичная лгунишка!» — думал Джейк зевая. Ведь она практически довела очерствевшего полицейского до слез. Следует напомнить своей леди Миссионерке, что ложь — это грех. Он снова зевнул и почувствовал, что глаза у него закрываются. Черт подери! Все как раз становится занимательным, а он не может даже бороться со сном.
— Это правда, мистер Парриш?
Полицейский смотрел на Джейка Парриша с уважением.
— Конечно.
— Хорошо.
Ригни еще что-то нацарапал в своем блокноте и нахмурился.
— Хм… извините, сэр. Но каким образом мистер Тайлер оказался с вами в момент, когда вы нашли свою жену? Когда он нас вызвал, то упоминал, что может свидетельствовать о вашей… хм… невиновности.