— Значит, с врединой, да? — я начинаю ее щекотать, отчего она начинает возиться.Я смеюсь, она тоже, и только сейчас я понимаю, что я могу почувствовать ее тепло рядом с собой.Через секунду я накрываю ее, и теперь ее тело извивается подо мной.
— Кирилл, ну прекрати, — визжит, заливаясь смехом она.Я не останавливаюсь. — Прошу тебя, перестань! — я чувствую, как она прогинается, пытаясь вырваться из моих объятий.Я только улыбаюсь, как дурак, во все тридцать два зуба.
Но одно единственное действие останавливает меня.
Аня резко перестает смеяться, она уставилась на меня внимательным взглядом, будто что-то выжидает.Но нет.Через мгновенье я ощущаю ее губы на своих.Улыбаюсь сквозь нежный поцелуй и отвечаю ей.Мои руки оплетают ее тощую спинку, прижимая всеми силами к себе.Я испытываю зверское желание, как когда-то, когда едва был знаком с ней.Но вот, Аня опережает меня, и ее холодные ручонки забираются ко мне под футболку, я следую ее примеру, стягивая с нее шелковую майку и оставляя в белье.Я хочу ее, хочу здесь и сейчас.
Моя футболка оказывается где-то в дебрях кровати так же, как и Анина майка.Я не отрываюсь от нее, продолжая расстегивать молнию на ее юбке.Зажмуриваюсь оттого, что в висках неприятно пульсирует кровь, заставляя меня слегка сбиться, но я не поддаюсь и следую своим инстинктам.
Сжимаю ее ножки до такой степени, что, кажется, на них останутся синяки.Но зато я оставлю свое клеймо на ее теле.
Ее теплое дыхание греет мне щеку, ее руки, кажется, намертво вцепились в мою шею.Я кое-как стягиваю с нее, оставшуюся одежду, и вот, девчонка лежит подо мной в одних трусиках, которые опять-таки оказываются где-то за пределами кровати.
Плавно вхожу в нее, покрывая поцелуями ее тонкую шейку, ключицы, плечи.Улавливаю тихий стон у себя над ухом, ухмыляюсь и набираю темп.Наверное, я бы давно разорвал ее на части, если бы не моя любовь к ней.Боже, можно мне утонуть в ее аромате, в ее волосах и маленькой светлой душеньке? Тихие всхлипы только разыгрывают меня не на шутку.Я даже сжимаю челюсть, жевалки проступают сквозь кожу.
Спустя некоторое время, я обессиленно склоняюсь над Аней, укладываясь поверх ее, а моя голова покоится у нее на груди.Я слышу это трепещущее сердцебиение и неровное дыхание.Все эти полчаса мы провели молча, но мы оба понимаем, что и без слов все понятно, нам и так хорошо.
Мы оба не хотим, чтобы такой сладостный момент прерывали какие-либо реплики.
Я чуть ли мурлыкать не начинаю оттого, что она гладит меня по голове.Меня окутывает дремота, и мне приходится поддаться ей.Я закрываю глаза и проваливаюсь в неизвестность.Сквозь сон все еще ощущаю приятное тепло рядом с собой, точнее подо мной.
***
Просыпаюсь от каких-то звуков.Эти звуки доносятся с кухни.Вместо девушки, я обнимаю подушку.Зеваю, одновременно натягивая на себя серые спортивные штаны и какую-то чистую футболку из шкафа.Выхожу из спальни, шаркая ногами, следую на кухню.Заходя туда, яркий свет бьет мне в глаза.Я в душе не ебу, который час.
Скрещиваю руки на груди, опираюсь плечом об косяк арки и улыбаюсь, наблюдая за плавными и грациозными движениями Ани.По квартире разлетается запах кофе, который я не пил уже битые сутки, чего мне так не хватало.Я подхожу чуть ближе к стойке, облокачиваясь на стеклянный выступ.
— Боже, Кирилл! — Аня оборачивается, и замечая меня, всхлипывает от неожиданности. — Ты меня напугал! — она толкает меня в плечо, я ухмыляюсь.
Я продолжаю следить за тем, как ловко она орудует посудой и еще какой-то белибердой, которой я не умею пользоваться, но почему-то этот хлам есть у меня дома. — Ты же не против, что я тут немного похозяйничала?
— Нет, — в полголоса, усмехаясь, отвечаю я. — Хоть каждое утро вари этот кофе, мне только на руку, — я отстраняюсь от столешницы, располагая руки в глубоких карманах.Аня театрально склоняет голову набок и ухмыляется. — Как обстоят дела с твоим арабом?
— Кхм, с кем? — недоумевающе спрашивает девочка.Я закатываю глаза и усаживаюсь на диван, закидывая ноги на стеклянный кофейный стол.
— С Тимуром, — она застывает в смятении, я не произношу больше ни слова, только прожигаю ее взглядом.Мимолетом замечаю, что она стоит в моей футболке, и на ней больше ни черта нет.После минутного неловкого молчания, она выходит из-за кухонной тумбы, вставая передо мной.Я оглядываю ее с головы до кончиков пальцев.Футболка, служащая для нее платьем, еле достает до колена, оголяя стройные бедра, от которых у меня слюнки текут.
— Мы поругались, — пытается коротко и лаконично отвязаться от меня, но так не прокатит.
— И? — я поднимаю брови наверх, дожидаясь новой реплики.Я, конечно, понимаю, что выпытывать из нее что-либо — моветон, если быть вежливым, но мне же нужно знать, каковы мои следующие действия.
— Кирилл, что «и»? Я не знаю, что мне делать.Я выгнала его из своей квартиры, я поссорилась с ним, я не хочу его видеть.Но рано или поздно он все равно явится ко мне на порог, и что тогда? Что тогда? — девушка разводит руками. — Вот и я не знаю…
