Вдох-выдох. Вдох полностью

Пришла пора честности восторжествовать. Разговор, который откладывался со вторника на четверг, а с четверга на вторник, получил более точные перспективы. Подумать страшно, к чему может привести такой разговор. Может свадебным венчанием, а может и придется остаться друзьями. На самом деле, никаких друзей нет, и это касается всех, а не только бывших. Любой, кто даже в глаза смеется с тобой, может запросто украсить твою спину ножом предательства. Стоит тебе лишь отвернуться или оставить тыл без присмотра. Верить можно только себе. А если учесть, что другом становится некогда любимый человек, который знает о тебе все, впору бросать вещи и переезжать за пределы планеты. Остается непонятным, как себя поведет оставшийся на задворках былого праздника любви.

Вечером два сердца сошлись за поеданием спагетти. Тяжелую и гнетущую обстановку надо было срочно разрядить, да и выяснять отношения на сытый желудок куда приятнее. Побочные разговоры были сведены к минимуму. Как минимум один из сидевших за столом жаждел главной темы. Как минимум один из сидевших за столом жаждал главного десерта, коим был вовсе не разговор, а вкуснейший апельсиновый пай. Маленькой прелюдией к обсуждению главной темы вечера стал звук, доносившийся со стороны входной двери. Уличный кот царапал дверь в надежде получить что-то съестное и не оставить одну из своих кошачьих жизней на улицах холодного города. Царапал, надо сказать, довольно противно. Под стать вечеру.

Он заботливо нарезал несколько пластиков колбасы, затем пластики в кубики и направился к выходу. Скармливая коту все содержимое широкой ладони, трижды сказал: «Ешь! Ешь! Ешь!». По его мнению, такой меры было достаточно как противодействие на то, как кот воротит морду от некоторых кусочков.

– Оставь его, – крикнула из кухни Николь. – Как будто от твоего повторения или смены интонации что-то зависит.

Самый тяжелый разговор, это не с другим человеком. Тяжелый – с самим собой. Всегда. Прежде чем глядя в глаза любимого человека сказать, что любовь то и ушла, нужно поговорить с самим собой. Собраться с силами, убедить себя в правильном решении, снабдить речь аргументами и уже потом приступать к более простым вещам, как изложение своей мысли. Потом можно отметить про себя, что все пошло не так: аргументы не работают, силы так и не собрались, а слова спутались.

– Знаешь, – начал он, – все любят все усложнять, а все намного проще. Хочешь поесть – поешь, хочешь кричать – кричи. Делай, если тебе принесет это массу удовольствия. Есть только единственное «НО».

– Какое? – Николь нехотя поддерживала прелюдию к главному разговору вечера.

– Все твои «хотелки» должны быть легальны и не причинять вреда интересам других граждан. Ты можешь нарушать лишь свои запреты, но не чужие.

– Свои тоже не все можно нарушать, как же выдержка о том, что, если не есть после шести вечера, получишь фигуру мечты.

– Все люди разные, что подходит одному, то напрочь не подходит другому. Да и мало одного воздержания, нужны еще занятия спортом и сбалансированный рацион, богатый витаминами. Нужно четко понимать, что ты можешь поесть после шести и после восьми, но при условии обязательной отработки на спортивной площадке. Если мы говорим о поддержании своего тела в норме, то это целая система, а не глупая и вредная голодовка. Проблема в том, что общество подводят под копирку, пытаются выработать алгоритм, подходящий абсолютно каждому. Конечно, к черту индивидуальность!

– Что ты имеешь в виду?

– Прежде всего нужно научиться слушать и слышать себя.

– Ты сейчас слушаешь себя?

– Я пытаюсь это делать.

Вы замечали, что какая-либо фраза из разряда высокопарных, имеющих под собой подоплеку грациозности мысли, будет по-разному воспринята людьми. Факторы играют свои роли. Если за спиной оратора нет пережитой истории или шлейфа конкретной тематической репутации, то сказанная фраза не вызовет доверия. Посмотрите, фразу «какой пассаж» может себе позволить употребить исключительно человек, в амплуа которого соответствующее поведение, не просто знание манер и этикета, но безукоризненное следование им. Вычурна будет такая фраза, выпущенная на волю из уст заядлого пропойцы из забегаловки, что есть в любом городе. Чтобы вы верили, всегда нужна история. Сундук репутации оратора, в довесок ко всему, будет продавливать эту фразу, чтобы вы в полной мере ощутили ее многогранность. Если он говорил, что пытается услышать свой собственный внутренний голос, то так и есть. Нет ни малейшего сомнения не доверять ему. Значит, в действительности, стоит оказать почтение к его борьбе и даже отступить. Отдать губительный приказ на отступление своих чувств и притязаний. Если искренне любишь, приходится отступать. Если конечно, любишь не потребительской любовью.