– Заткнись!!! – потеряв терпенье, женщина закрыла уши руками, не желая в сотый раз слушать его оскорбления. – Заткнись, заткнись, заткнись!!! Я ненавижу тебя!!! Всем сердцем ненавижу, Костя! Тебе не понять, у тебя нет сердца, но знай, я ненавижу тебя!!!
– Меня это не заботит! Можешь любить, можешь ненавидеть, можешь презирать, боготворить, мне глубоко напревать на твои чувства, дорогая! Но ты не уйдешь, поняла?!
Женщина собиралась крикнуть что-то в ответ, но передумала, произнося слова намного спокойней, чем говорила до этого.
– Зачем я тебе, Костя? Я ведь правда тебя больше не люблю… Или и не любила…
– Ты внимательно слушаешь, любимая? Мне глубоко фиолетово любишь ты меня или нет! Я просто не дам тебе жить так, как ты хочешь, ясно? Ты не будешь делать то, что понапридумывала. Не будешь! Ты будешь сидеть в четырех стенах, изображать образцовую жену и показательную мать. Черт тебя возьми. Будешь! А твоего козла я найду. Не переживай, найду. Найду и урою. А попытаешься связаться с ним сама – урою обоих. Мне терять нечего, чтобы сделать больно тебе – я готов пожертвовать некоторыми своими удобствами. Но своего вы с этим ублюдком не добьетесь!!!
Титов прямо сейчас был готов ее убить. И ее, и ее хахаля.
– Ты не сможешь меня удержать, Костя! Не сможешь. Ни угрозами, ни шантажом, ни силой. Не сможешь!
– Это ты так считаешь!
– Я все равно уйду, слышишь меня? Через дверь, окно, сливной канал, но я все равно уйду!!!
– Иди! А я на это посмотрю! Иди, давай! И Сашу ты тоже в сливной канал засунешь? Думаешь, я отдам тебе свою дочь??? – Титов указал пальцем на притихшую Сашу.
– У тебя нет выбора… Любой суд оставит ребенка с матерью!
Мужчина расхохотался в полный голос, осознавая, что, кажется, понял, как сможет ей отомстить.
– Ты дура, Настенька, полная дура!!! Любой суд в нашем городе запретит тебе приближаться к ребенку, стоит только ступить на порог этого самого суда! Хочешь? Я устрою. Выбирай, что тебе дороже – мужик, с которым тебе нравится время от времени перепихнуться, чтоб муж не знал, или собственный ребенок!
– Ты не посмеешь! – женщина сузила глаза, делая шаг навстречу.
– Думаешь? Посмею, солнце, еще как посмею! А потом знаешь, что сделаю? Отправлю ее на воспитание в какие-то трущобы! Чтобы дочь получила достойное матери образование! Ее там научат, как полагается вести себя дочери потаскухи!!!
– При чем тут Саша?! Титов, ты сумасшедший!!! Я ухожу от тебя!!! Ты – моя самая большая ошибка в жизни! Я забираю Сашу! – Настя подошла к дочери, присела, приглашая обнять ее за шею, но как только еще ничего толком не понимающая девочка протянула к матери руки, Титов, схватив жену за шиворот, заставил подняться.
– Она никуда не уйдет, ясно?!
– Не тебе решать!!!
– Мне! Ребенок останется здесь, а ты можешь валить на все четыре стороны! К любовнику, к родителям, на луну, куда хочешь. Саша останется тут!!!
– Я ненавижу тебя, Костя! Ненавижу! И она возненавидит!
– Думаешь? А я вот сомневаюсь… Выбирая, Настя, ты остаешься с собственным ребенком или бросаешь ее ради любовника? А, Настя? Ты не меня бросаешь, помни об этом… Ты ее бросаешь!
Титов наклонился, поднимая сидящую на полу дочь.
– Скажи ей. Скажи это ей. Скажи, что ты встретила того, ради которого готова бросить ее. Скажи, что ты любишь какого-то мудака больше, чем собственную дочь. Скажи, Настя, скажи, что ее мать потаскуха!
– Перестань! – из глаз женщины покатились слезы. Она поняла, что он и правда не отдаст дочь. Ни за что. Никогда.
– Отчего же? – не соображая от застелившей разум ярости, Титов повернул и без того перепуганную Сашу к себе, приближая маленькое личико к своему. – Ты слышала, Сашенька? Наша мама оказалась тварью. Мелочной тварью, готовой лишить тебя матери ради какого-то мужика, да, Настя? – так же резко он развернул ребенка к женщине. – Но не бойся, доченька, у тебя есть отец. Он тебя в обиду не даст. Или… Или она тоже не моя??? – он резко встряхнул руками, заставляя Сашу завизжать от страха. – Или это тоже мне сюрприз от вас??? Пофиг. Мне пофиг. Ты ее не получишь, поняла? Я скорее сдохну, чем разрешу тебе еще хоть раз к ней подойти. Выметайся!!! – перехватив ребенка одной рукой, другой он с размаху залепил женщине пощечину.
– Костя… – уже осознавая бессмысленность своих действий, Настя попыталась еще раз протянуть руки к собственному ребенку.
– Выметайся, я сказал!!! И чтоб больше никогда тут не появлялась! Забудь, что у тебя есть дочь. Ты выбрала мужика. Ты предпочла ребенку мужика!!! И она об этом узнает. Правда, Сашенька? – не обращая внимания на то, что испуганная до полусмерти дочка начала как-то странно тяжело дышать, Титов снова перебросил ее с руки на руку, обращая лицом к матери. – Даю последний шанс, тварь, если уйдешь, можешь уже не возвращаться. И ее ты никогда не увидишь.
