– Вот как? – удивился Максимов. – Значит вам уже известная цель пребывания полковника фон Рунсдорфа в Харькове?
– Так, точно, товарищ Максимов. Полковник барон фон Рунсдорф, сын генерала фон Рунсдорфа. Прибыл в Харьков за архивом профессора Николая Дмитриевича Пильчикова.
– Этот архив имеет ценность? – спросил Судоплатов.
– Никак нет, товарищ Судоплатов. Если архив Пильчикова и сохранился до настоящего времени (в чём я лично сомневаюсь), то никакой ценности он не имеет.
Судоплатов посмотрел на Максимова.
– Вы мне ничего такого не говорили, Владимир Иванович, – Судоплатов посмотрел на комиссара госбезопасности Максимова.
– Доклад товарища Нольмана, для меня новость, как и для вас, – ответил Максимов. – И я надеюсь, что товарищ старший майор всё нам сейчас объяснит.
– Я готов, товарищ Максимов. Мною, за время работы в архиве Лубянки, выявлены следующие документы: «Докладная записка капитана Вольского» от 1914 года, донесение полковника Батюшина того же года и ряд других документов, которые свидетельствуют, что никакого архива профессора Пильчикова не существовало.
– Не существовало?
– Именно так, товарищ комиссар. Это операция русской царской контрразведки в 1911 году для дезинформации разведки австрийского генерального штаба. А эту разведку возглавлял барон фон Рунсдорф, отец нынешнего полковника Рунсдорфа.
– И где документы?
Нольман выложил копии снятые им собственноручно и перепечатанные в его отделе под грифом «совершенно секретно».
Судоплатов и Максимов ознакомились с документами.
– Выглядит все убедительно, – сказал Судоплатов. – Хорошая работа, товарищ Нольман. Ваша слава вами заслужена. Но что вы предлагаете делать дальше?
– Не похищать барона фон Рунсдорфа. Эта акция совершенно бесполезна. Нужно «помочь» барону заполучить архив, который он так мечтает найти. И чтобы у него не возникло сомнения, что архив «настоящий», нам нужно изобразить нашу заинтересованность в архиве. И сделать «попытки» утащить архив из под носа барона. Но эти «попытки» конечно провалятся.
Судоплатов сказал, что план хорош.
– Но цель этой дезинформации? – спросил Максимов.
– Мы подбросим немцам не простую дезу. Это будет «настоящее научное открытие». Немцы смогут заполучить не только архив, но и одного из «последователей» Пильчикова.
– Последователей?
– Именно так. Но над последней частью плана я сейчас работаю, товарищи.
– Но ведь группа капитана Кравцова работает над планом похищения фон Рунсдорфа, не так ли?
– Уже нет, – ответил Нольман. – Я переслал им приказ через запасной канал связи об отмене первоначального плана.
– Не согласовав это? – возмутился Максимов.
– Времени не было, товарищ комиссар госбезопасности.
Судоплатов сказал на это:
– Победителей не судят, Владимир Иванович. Я думаю, что товарищ Нольман поступил правильно. И группа капитана Кравцова не должна вызвать и тени подозрений гестапо. Тем более что они перешли линию фронта не совсем чисто. Эта версия с похищением партизанами мне совсем не нравилась.
– Но Кравцов докладывает, что внедрение прошло успешно, – сказал Максимов.
– Внимание гестапо все равно к ним приковано, Владимир Иванович. И их еще не раз станут проверять. Посему время для действий группы Кравцова еще не пришло…
***
На следующий день Нольман утром явился к Максимову в кабинет.
– Удивили вы меня вчера, товарищ Нольман. Ничего со мной не согласовали. Все сделали тайно за моей спиной. Но Судоплатову ваш план понравился.
– Прошу меня простить, Владимир Иванович. Все изменилось слишком неожиданно для меня самого. Идея пришла в последний момент.
– Вы готовы поделиться?
– Готов, Владимир Иванович.
– Прошу вас.
Нольман достал из папки несколько листов бумаги.
– Здесь основной план мероприятий по делу «Архив».
– Я познакомлюсь с бумагами после. А пока изложите план, Иван Артурович.
– Случилось так, что у нас есть информация, что архив Пильчикова фальшивка. У немцев такой информации нет! Барон фон Рунсдорф опирается на бумаги, найденные в архиве генерала Рунсдорфа.
– И как вы предлагаете использовать знание, которые у нас есть?
– Мы создадим архив Пильчикова для немцев. Я уже дал задание некоторым людям подготовить бумаги для этого.
– Они ведь не знают, что и зачем делают? – спросил Максимов.
– Нет. Каждый из них отвечает за свое направление и эти работы внешне никак не связаны. Но совсем не архив главное.
– А что?
– Мы подставим немцам «ученика Пильчикова». Вернее не ученика, но последователя. Вот посмотрите, Владимир Иванович.
Нольман протянул Максимову лист бумаги.
Комиссар госбезопасности 2-го ранга прочитал:
«Модуляционная схема включения в перманентное ультракоротковолновое магнитное поле с дистанционным управлением импульсами. Модуляция земного магнетизма с силовым линейным полем синхронной магнитной коллекции посредством так называемого эффекта вихревых токов с целью генерации дельта-магнитных лучей».
– Что это такое?
– Работа Владимира Александровича Блау. И этот человек инженер по профессии считает себя настоящим последователем профессора Пильчикова.
– И что значит вот это? – Максимов указал на лист бумаги.
