Увидев в отражении периодически возникающие и пропадающие белые всполохи в своих глазах, Эли потерла веки кулаками. Но это не помогло избавиться от предательского света. Сестра зло посмотрела на меня, алая кошка-ярость тут же немного подросла. Боль от нее не отставала. Еще немного, и придется их развоплощать.
— Ты права, — наконец согласилась Элиза, — мне лучше держаться от него подальше. Я точно тебе сейчас не нужна? — последние слова она произнесла вялым и безжизненным голосом.
Однако предательское пламя в ее глазах не погасло. Эли скрыла его в тени ресниц.
Мне придется отправить ее обратно в комнату. И надеяться, что слухи о том, что вендиго не трогают тех, кто так или иначе имеет отношение к их виду, правдивы.
— Думаю, ты права, тебе лучше вернуться обратно. Запрись в комнате и никому, кроме меня, не открывай.
— Ты что-то недоговариваешь. — Сестра обняла меня за шею и, глядя в глаза, спросила: — Кто на самом деле ранил Кевина?
— Бандит.
— Ты лжешь. — Объятие превратилось в весьма болезненную хватку, кожу несильно оцарапали острые коготки. — Кто на него напал? Габи! Прекрати меня опекать! Я не настолько слабая! Я справлюсь, позволь мне помочь!
Судя по тому, что у меня вот-вот затрещат ребра, совсем не слабая.
— Габи?!
Видят духи, я этого не хотела! Я зажмурилась и, уткнувшись в шею сестры лицом, едва слышно выдохнула одно слово:
— Вендиго.
Эли испуганно охнула, отпустила меня, удивленно посмотрела на свои руки. Прижала их к груди, будто пытаясь защититься.
— Габи… это ведь не?..
— Нет, это другой зверь, — поторопилась успокоить сестру.
На лице Эли промелькнул целый калейдоскоп эмоций: облегчение, радость, страх, беспокойство, догадка и понимание.
— Думаешь, он здесь? В поместье? В особняке? И снова нападет на Кевина?
Я нехотя кивнула.
— Тогда я с тобой! Меня он не тронет! — снова обняв меня, в этот раз нежно и осторожно, жарко зашептала Эли. — Я только сбегаю за вуалью. Я тебе помогу! Я ведь тоже… почти…
— Ты человек! — сердито перебила я. — Была, есть и будешь! У нас все получится. Никаких «почти», запомни! Никаких! Просто все стало несколько сложней, чем мы думали.
Элиза согласно закивала. А я поняла, что ее мысли занимает отнюдь не собственное спасение.
Мало мне Витора с его безумным планом избавиться от неугодных родственников! Я вспомнила наши с ним пикировки, поцелуй. К счастью, я не Эли и не верю, что любовь и симпатия способны перевоспитать мужчину.
Правда, радости от осознания этого факта не ощущала. Мне стало тоскливо. Алистер был первым мужчиной, которому понравилась я настоящая, а не копия моей примерной сестры. Видимо, права была мама, когда говорила, что, если не стану во всем равняться на сестру, останусь одна. Без друзей, без семьи.
Я дала себе мысленную оплеуху. Не раскисай! У меня есть цель. Зарядить накопители, помочь Элизе. Помешать Алистеру уничтожить родственников. Как? Для начала оказываться рядом с теми, кто первый в списке.
Благо Витор подсказал, к кому он испытывает повышенный интерес! Кевин, его мать и отец. А еще пара троюродных кузенов.
На данный момент самый вероятный кандидат — Салливан. Алистеру важно, чтобы его не заподозрили. Он обставляет происшествия как несчастные случаи. И, судя по всему, о его истинных целях никто не знает, даже доктор и его супруга. Хотя они точно в курсе того, что Витор жив. Но почему-то не задают вопрос: зачем ему этот глупый розыгрыш?
Впрочем, вспомним репутацию Алистера: самый молодой мастер, склонный к авантюрам.
Меня тоже вполне устраивало объяснение с проверкой на вшивость родственников, пока не увидела Витора на той стене… и исчезающего вендиго, которого даже не пытались схватить. Недопокойный супруг висел на стене и ждал, когда раскрывший себя дух уйдет.
— Я быстро! — Элиза сжала мои пальцы, заглянула в глаза: — Я верю, что у нас все получится… просто… Просто иногда мне кажется… Но я все равно верю! Правда!
Эли убежала за вуалью.
Я, постучав в дверь и дождавшись разрешения войти, отправилась выяснять, как обстоят дела у Кевина.
В гостиной Берта устроила филиал кабинета доктора. Везде были разложены приготовленные биксы с инструментами, расставлены пузырьки с зельями и коробки с перевязочным материалом. Дверь в спальню Кевина была распахнута. Кровать разобрана до досок, которые застелили простыней. На ней лежал пострадавший, над ним колдовал доктор.
— Как он? — взяв протянутый Бертой бикс, спросила я.
— Зачарованная сталь, яд, больше сотни ран — плохо. — Берта, уставшая и запыхавшаяся, жестом попросила отнести бикс мужу.
Приблизившись к доктору, я незаметно бросила взгляд на грудь бледного как смерть Кевина. Раны действительно были нанесены острым прямым клинком, а не загнутыми когтями. С каких пор вендиго пользуется оружием? Глупый вопрос. С тех самых, как дух служит мастеру теней, которому нужно списать смерти родственников на случайности!
— Поставьте туда. — Эрл показал на придвинутую к кровати тумбу. И, не отрываясь от больного: — Я ждал двэйну Салливан. Но и ваша помощь пригодится. Кевин запретил звать прислугу и настоял, чтобы мы перетащили его сюда.
